Разговор не задался с самого начала. Старк поприветствовал меня предельно сухо, на вопрос о том, где был накануне, коротко ответил:

— Дела службы.

И замолчал.

Что ж, раз так — поиграем в эту игру. У него в арсенале — вековая привычка северных предков молчать долгими зимними ночами, беседуя разве что с волчьей шкурой у очага. А у меня — навыки работы с упрямыми пациентами, которые, даже будучи при смерти, умудряются ворчать на врачей. И, главное, я могу заниматься текущими делами, не обращая внимания на начинающего пыхтеть флотоводца.

Мариновал я его минут двадцать. Наконец, я отложил в сторону бумаги, не забыв перевернуть их текстом вниз, и мягко спросил:

— Чаю, господин вице-адмирал?

— Благодарю, ваше превосходительство, у меня нет времени на чаепития. Дела службы...

— Да, помню, вы очень щепетильно к ним относитесь. Хочу напомнить вещь очевидную — я в делах флота некомпетентен. И в тонкости вдаваться не собираюсь. Это всё равно что вы, Оскар Викторович, начнете меня учить хирургии.

Вице-адмирал чуть слышно крякнул. Такая легкая тень возможного покашливания. Может, у шведов это выражение крайней степени эмоционального накала, не знаю.

— В таком случае, ваше превосходительство, давайте каждый будет заниматься тем, чем должен, — подпустил шпильку мореход.

— Так я и занимаюсь. У начальства есть замечательная привилегия — мы можем делегировать полномочия. Надеюсь, вам это знакомо.

Глаза Старка прищурились, но он промолчал.

— Так вот, вам, как моему заместителю, ставлю задачу, — продолжил я. — В преддверии весьма вероятной и скорой войны с японцами необходимо заняться повышением боеспособности флота. Во-первых, сосредоточить корабли в единое ядро, а не размазывать их тонким слоем по всем окрестностям. Что у вас, господин вице-адмирал, делают в Чемульпо крейсер «Варяг» и канонерка «Кореец»? Демонстрируют флаг? Хочу видеть их на рейде Порт-Артура в ближайшее время.

— Но поз...

— Оскар Викторович, я еще не закончил, — ласково прервал его я. — Будьте добры выслушать меня до конца. Также вам необходимо в ближайшее время провести мероприятия по установлению минных заграждений.

— Но это нарушит гражданское судоходство в гавани!

— Господин вице-адмирал, дайте мне договорить до конца! Имейте уважение! — гаркнул я самым суровым начальственным тоном, который смог воспроизвести. — Прошу провести стрельбы с целью проверки боеприпасов. Хочу увидеть ваши соображения по этому поводу в письменном виде... допустим, послезавтра к полудню.

— Я вам не подчиняюсь, ваше превосходительство, — процедил Старк. — Вы здесь осуществляете только гражданскую власть.

Я чуть склонил голову и с лёгкой улыбкой достал из ящика письменного стола телеграмму.

— А тому, кто едет сюда, чтобы занять пост командующего флотом Тихого океана? Тоже не подчиняетесь?

Вице-адмирал молчал, а я не торопился.

— Вот вам сообщение от Степана Осиповича, — положил я на стол бланк. — Именно его предложения я только что озвучил.

В комнате повисло напряжённое молчание.

Теперь ход за Старком.

***

Крещение встретило меня не только ледяной водой для утренних обливаний, но и ощущением, что время будто сжалось в плотный комок.

Подъём до рассвета, разминка по заветам китайского наставника, ведро холодной воды на голову — и я окончательно просыпался. Завтрак на ходу, затем в присутствие.

Особняк наместника удалось частично реанимировать. Витязев под моим нажимом раздобыл мебель, прогнал связистов, протянули телеграфную линию и телефон.