— Жрецов можно подкупить, — сказал Хенгалл, — а люди сделают, как им скажут.

Голубь захлопал крыльями в листве, и Хенгалл поднял глаза, чтобы увидеть направление полёта птицы, надеясь, что будет хорошее знамение. Оно было хорошим, так как птица направилась к солнцу.

— Санна хочет тебя видеть, — зловеще сказал Хенгалл. — Встань перед ней на колени и склони голову. Я знаю, что она женщина, но обходись с ней как с вождём, — он нахмурился. — Она суровая женщина, суровая и безжалостная, но имеет власть. Боги любят её, или боятся её, — он с восхищением покачал косматой головой. — Она была уже старой, когда я был мальчиком!

Сабан почувствовал страх от перспективы встречи с Санной.

— Почему она хочет меня видеть?

— Потому что ты женишься на девушке из Каталло, — спокойно сказал Хенгалл, — а Санна выберет её. Ни одно решение в Каталло не принимается без Санны. Они зовут вождём Китала, но он слушается эту старуху. Они все так делают.

Сабан ничего не сказал. Он знал, что не сможет ни на ком жениться, пока не пройдёт испытание на зрелость, однако ему понравилась эта идея.

— Ты возьмёшь невесту из Каталло, в знак того, что наши народы в мире. Ты понимаешь это?

— Да, отец.

— Но в Каталло не знают, что ты теперь мой единственный сын, и им не понравится, что ты ещё не взрослый. Вот почему тебе надо понравиться Санне.

— Да, отец, — Сабан понял, что Китал и Санна ожидают, что в Каталло придёт Ленгар и предъявит права на невесту, но тот сбежал и поэтому он должен занять его место.

— Ты станешь вождём, — устало сказал Хенгалл, — и это означает, что ты будешь предводителем наших людей. Однако быть вождём не означает, что ты можешь делать всё, что захочешь. Люди не понимают этого. Людям нужны герои, но герои губят своих людей. Лучшие вожди понимают это. Они знают, что не могут превратить ночь в день. Я могу сделать только то, что возможно, и не более. Я могу разрушить плотины бобров, чтобы верши не высыхали, но я не могу приказать реке сделать это для меня.

— Я понимаю.

— И мы не можем воевать, — с усилием произнёс Хенгалл. — Я не боюсь поражения, но мы будем сильно ослаблены, независимо от того проиграем или выиграем. Ты понимаешь это?

— Да.

— Это не значит, что я уже собрался умирать! — продолжил Хенгалл. — Мне почти тридцать пять лет. Представь, тридцать пять! Но у меня осталось ещё много лет. Мой отец прожил больше пятидесяти пяти лет.

— И ты тоже, я надеюсь, — неловко вставил Сабан.

— Но ты должен быть готовым, — сказал Хенгалл. — Пройди через испытания, ходи на охоту, добудь несколько голов Чужаков. Покажи племени, что боги благосклонны к тебе, — он внезапно кивнул и, больше не сказав ни слова, повернулся и подал знак своему другу Вэлэну присоединиться к нему.

Сабан подождал идущего следом Галета.

— Что он хотел? — поинтересовался тот.

— Сказал, что я женюсь на девушке из Каталло.

— Значит, ты должен жениться, — Галет улыбнулся. Галет понимал — это означает, что Сабан должен стать следующим вождём, однако совсем не завидовал. Здоровяк был больше всего счастлив, когда работал с деревьями, и у него не было большого желания сменить своего старшего брата. Он ласково потрепал Сабана по голове.

— Надеюсь, что девушка будет хорошенькая!

— Конечно, будет хорошенькая, — сказал Сабан, хотя внезапно испугался, что вдруг это будет не так.