Свет поселение явно не экономило – сила воды постоянно вращала турбины, поэтому еще издали можно было увидеть огороженный участок и вышки по углам. Прожекторов было два, они постоянно двигались из стороны в сторону в хаотичном порядке, словно ощупывая землю. Пришлось привязать изрядно потрепанный путешествием плот и пробираться дальше под прикрытием кустов.

У плотины образовалось широкое и спокойное озеро. Нужный им левый берег был низким, на него легко было высадиться. Подойдя ближе, напарники услышали шум небольших водопадов и увидели вращающиеся лопасти турбин, в которых Тимофей быстро опознал самолетные двигатели без кожухов. Из его куцых объяснений Денис понял немногое: только, что гидроэлектростанций, построенных по такому принципу, напарник еще не видал. Судя по всему, наладить напорный водоворот под плотиной люди не сумели, но воспроизвели механизм водяного мельничного колеса. Для получения энергии этого оказалось достаточно.

Яркий свет прожекторов слепил глаза. Расчищенная для обзора полоса вокруг колючей проволоки ограждения была неширокой, и, осмотрев станцию, сталкеры обошли охраняемый объект по периметру. Двигаясь вдоль старой теплотрассы, которая ограждала аэродром с этой стороны, Тимофей вдруг остановился у решетчатого забора с незнакомой эмблемой. Неопределенного изначального цвета звезда с восемью острыми лучами и кругом посередине украшала ворота. По обе стороны ограды виднелись низенькие кирпичные корпуса с выбитыми стеклами. Сталкеры надеялись, что хищники в них не гнездовали. А может, совсем наоборот? Но свет и работающие круглосуточно механизмы должны были отпугнуть всю живность из этих мест. Правда, полагаться на это стопроцентно не стоило.

– Ну что, поглядим, не осталось ли чего на базе МЧС? – Тимофей вновь обрел деловитый настрой.

– А как же бункер, лекарства? – Денис растерялся, ведь цель их путешествия была совсем другой. И они прибыли сюда не для того, чтобы отвлекаться.

– Ты не понял! В бункере как раз те медикаменты, которые были здесь. И вполне возможно, они тут еще остались. Ведь хранение должно бы организовываться как следует, это ведь стационарная база все-таки, не хрен собачий. Тут много чего было, думаю, не в одном месте лежало. И не аэродром они делят, а вот эту самую базу… Продукты, медикаменты, аппаратура для первой помощи. Химзащита… Охраны не вижу, значит, прямо тут ничего нет. Но осмотреться стоило бы! Разве не так?

– Тимофей, мне почему-то сейчас кажется, что ты эти места лучше меня знаешь, – с сомнением ответил Денис.

Напарник усмехнулся:

– Молодой ты еще и зеленый. Да кто ж не слышал про авиарейсы с гуманитарной помощью с аэродрома в Раменском? Думаешь, они на каждый самолет груз из Москвы завозили? Нет, тут должно что-то быть. Но ты прав, пойдем в бункер, останавливаться не будем. А то при свете мы с тобой долго не продержимся, и так еще место на днёвку искать.

* * *

За теплотрассой начиналось поле, когда-то вымощенное бетонными плитами, а теперь развороченное бомбами; глубокие воронки заросли по краям травой и наполнились водой, земля у водохранилища была сырая. Открытое место сталкерам казалось безопаснее – углубляться в чащу деревьев по краю взлетной полосы им не хотелось, неизвестно, кто поджидает их там. Денис помнил, что местная фауна разнообразна и агрессивна. К тому же она неплохо маскируется, и вряд ли зимние беляки не сменили окраску на более темную летнюю. Пробегая зигзагами вдоль зарослей низкого кустарника, растущего на стыках плит, они скоро оставили позади освещенную зону вокруг электростанции. Теперь уже можно было включить собственный фонарь – перед рассветом ночь темная, а еще предстояло найти вход в бункер. Оба сталкера смутно представляли себе его расположение, но, проплутав по краю взлетных полос полчаса, Денис узнал местность и уверенно вышел к просеке у главного входа.