|
Я скажу да, но мои слова бесполезны для тебя. Он заставил нас поверить. Он заставит поверить и тебя. — Может быть. А может быть, он просто сумасшедший. — Подожди. И ты увидишь. Варналал задумчиво сказал: — В лагере Каталлона есть женщины, называющие себя целительницами. Они также называли себя Церковью. Наши Жрецы и Жрецы Луны обратили их в свою веру. У нас есть Люди Поющей Земли с далекого севера наших старых земель, они тоже умеют лечить людей. Они знают духов — тайны погоды и времен года, и еще многое другое. Все они будут в ярости, когда узнают, что этот человек называет себя Жрецом Луны и говорит, что обладает большим, чем они, могуществом. Они вызовут его на поединок. Улыбка придала голосу Лиса выражение: — Это будет интересно. — Если Джонс будет побежден, Каталлон расправится с его последователями. — Никто не сможет расправиться с нами. Жрец Луны — святой человек. Родной сын Луны. — Ты не боишься? — Конечно, нет. Никогда. Но я должен знать. А ты? Варналал, силуэт которого был виден на фоне звезд, выпрямился в седле. Подбородок поднялся. — Летучая Орда знает. Мы поклоняемся Луне, и у нас есть Каталлон. Мы идем, куда пожелаем, и мы завоевываем. Этот Джонс очень странный. Думаю, он сумасшедший. И, возможно, все, кто идет с ним, такие же сумасшедшие. Смех Лиса был больше похож на шелест, словно ветерок всколыхнул омытые дождем листья. — Все вожди сумасшедшие, Варналал. Но ты пойдешь за Жрецом Луны. Глава 32 — Завтра ночью, — произнес Алтанар, и Лис вопросительно взглянул на него с кучи мехов, на которых отдыхал рядом со своим навесом. Алтанар указал на темнеющее небо и пояснил: — Жрец Луны сказал, что нужно установить отношения с Каталлоном, и Варналал готовится отбыть завтра ночью. — Ты зовешь его Жрец Луны, как и все мы. Вот уж никогда не думал, что увижу, как ты поверишь. — О, я верю, — сказал Алтанар, криво улыбаясь. — Не уверен, что мы верим в одно и то же, но я верю. — Ты готов поклясться жизнью, что он — Жрец Луны? — Да. Все еще недовольный, но так и не найдя способ снова подступиться к этому вопросу, Лис задумался. Он пошевелился, кряхтя, когда приходилось опираться на локоть раненой руки. Бедро вроде бы доставляло меньше неудобств. — Ты извиваешься вокруг истины, словно змея в траве. — Ты никогда не поверишь тому, кто не принадлежит твоему племени. — Никогда. Жрецу Луны. И только. — А что с людьми Каталлона? Он хочет, чтобы ты вел их. — Это они должны поверить мне. Алтанар перевел разговор на другую тему. — Полагаю, что именно я буду стоять за твоей спиной. Для такого ветерана битв ты мало узнал об осторожности. Это напомнило еще кое о чем: будь внимателен, сравнивая кого-то со змеей. Что, если услышит Жрец Луны. Ты забыл о его любимцах? Лис содрогнулся. — Никто о них не забывает. — Он огляделся. Потом, поколебавшись, все же продолжил. — Это не змеи. Один из моих людей рассмотрел их. — Когда Алтанар уставился на него в молчаливом недоумении, Лис закричал: — Лошадь! Помнишь, он приказал нам принести кролика, а потом свинью? А потом лошадь? — А, животные. Конечно помню. Он не позволил змеям убить их? — Ты что, не слушаешь? Я же говорю, это не змеи. Мы в горах знаем, на что похожа смерть от укуса гремучей змеи. Нахмурившись, Алтанар присел рядом с Лисом. Однако тот остался сидеть рядом с углом навеса, чтобы никто не смог подойти незамеченным. — С тех пор как мы оторвались от патрулей Каталлона, он все время бывает в том маленьком каньоне. Он не разрешает мне ходить туда. Что он делает? — Кто знает? Он забрал кузнеца и его сына, и нашего лучшего мастера по дереву. |
