|
— Потрясающий размах, монсеньор командор! Ну и, конечно, никакой глупой брезгливости: ведете дела с испанскими евреями, купцами из Халифата, с Александрией, Византией, Персией! Я предполагал, что Орден Храма является… Являлся самой могущественной финансовой организацией католического мира, особенно с учетом конфискованных в парижском Тампле векселей, но чтобы настолько? Позвольте выразить вам свое восхищение, брат-рыцарь. — Половина документов теперь не имеет никакой цены, — поморщился командор де Вилье. — Множество нитей находились в руках великого магистра и генерального визитатора Франции, но ведь они арестованы, правильно? Вероятно, Святейшая инквизиция получит от Жака де Моле и Гуго де Пейро сведения о деятельности банков Ордена, но без этих бумаг они будут стоить не дороже пергамента, на котором… — Простите, что перебиваю, — Партене подчеркнул ногтем одну из строк в закладном письме торгового дома флорентийских Барди, извлеченном из толстой пачки таких же расписок. — Взгляните. Это тайнопись, верно? — Да. Ключом владели только магистр и Пейро. — Зачем тогда вам понадобилось забирать бесполезные расписки из Парижа? — По вышеназванной причине. Дыба и раскаленное железо побуждают к откровенности даже самых стойких — иначе мы бы сейчас не разговаривали, сударь. Иван мимолетно ухмыльнулся: напряженный ночной разговор с одним из схваченных в Ла-Рошели тамплиеров принес зримые плоды — он знал о месте, где укрылись члены орденского капитула и после недолгих запирательств открыл всё, палачу не пришлось особо стараться. Инквизиторы, третьего дня получив признание в реальных и мнимых грехах упустили самое главное, не задав вопросы, которые задал мессир де Партене. Им это и в голову не пришло. — Значит, командор, вы спасли бумаги только ради того, чтобы они не достались королю? Не проще было бы сжечь? — На глазах у всей братии? Скрипторов? Хранителя библиотеки? Приора? Гораздо проще объяснить вывоз архива в Пуату и Ла-Рошель некоей гипотетической угрозой! — Справедливо, я об этом не подумал… Вернемся к криптографии. Составлено очень разумно, такой шифр разгадать невозможно. Арабские буквы — вот «алиф», «нун», «гайн», несколько астрологических символов, иудейские «гимел» и «тав», символы сефир… Надо же, египетские иероглифы! Что должна означать эта строка? — Пароль, подтверждающий личность вкладчика или заемщика, — со знанием дела ответил де Вилье. — Дайте посмотреть поближе… Да, это долговая расписка дома Барди за предоставление кредита на три года в размере пятидесяти тысяч ливром золотом в монетах или слитках. Через подставное лицо, конечно же. По предъявлению купцы обязаны оплатить всю сумму и проценты — девять годовых. — Ага, ага… Замечательно! — Не вижу ничего замечательного, шевалье. Сумма колоссальная, а открыть пароль могли только визитатор и мессир де Моле. Может быть еще двое-трое. Но не я и прочие приоры провинций. — Этот ваш магистр был изрядным богохульником, — задумчиво сказал Иван. — Вот что, сударь… Пора платить откупные. Я спас ваши жизни и готов навсегда забыть о вашем существовании, кроме того дам несколько полезнейших советов — как человек оттуда. Я знаю ключ к шифру. — Что? — выпрямился командор. — Как вы сказали? — Миллион ливров. Бумаги я отберу сам. Согласитесь, это честно: я беру менее четверти и позволяю вам воспользоваться остальными богатствами. Они понадобятся в Португалии — Реконкиста еще не завершена, придется возрождать Тампль под новым именем. Предлагаю красивое название «Орден Христа» — вам нравится? — И все же я не понимаю… — Сейчас поймете, — мессир де Партене щелкнул замком сумочки висевшей на поясе, извлекая оттуда небольшой томик в богатом золотом окладе, украшенном яшмой и рубинами. |
