- Вы сговорились?!

- Послушай, Джамуэнтх, - осторожно заговорила Эдна, - твоя задача привести Рушера к решению выполнить свой долг.

- Да, и вы только что сорвали её.

- Нет, мы продолжаем нашу операцию, - сказали подчинённые, - но мы знаем как сделать это. Ты плохо знаешь людей, Императрица, а мы провели среди них много-много жизней. Сейчас всё идёт как надо - он там, где ему надлежит быть.

- Ливорусы выпили из него всю энергию, - холодно ответила Императрица, - Вы знали, что эти твари способны поглощать Живую Силу?

- Нет, но мы знали, что Джеду они не страшны.

- Мне нет дела до Джеда, если я решилась отдать в жертву Авелия.

- Кийан обманул тебя, - ответили Операторы.

- Что мне сказать Опылителям?

- Скажи: пусть подождут.

Глава 15

В чудесных зарослях Острова Неудачников не водилось опасных зверей - здесь был настоящий рай, первобытный мир, непуганая природа. Только одно нарушало всеобщую гармонию в этом чудном месте: печаль в глазах человеческих существ, что пребывали в одиночестве на полосе белого песка, омываемого вечным прибоем, или сидели на краю скалы над неглубоким заливом. Или бродили по лесу, среди роскошных вечно цветущих и плодоносящих деревьев и множества сладкоголосых птиц.

Устав от безделья и одиночества, человек ложился в нежную, густую траву и смотрел в небо, пока веки его не смежались, и не приходило облегчение сна. Вот так теперь лежала в тени пальм Нэнси и слушала нескончаемый шёпот их крон, колеблемых океанским бризом.

Она измучилась в своих размышлениях и попытках отыскать оправдания перед Бобом. Муж замкнулся в себе. И сколько будет продолжаться это молчание? По зарубкам на дереве, они тут находятся уже три месяца.

Да, она изменила ему, но с кем? Со своей мечтой о сказке, в которую он однажды увлёк её. Потом он был Аргентором, великолепным и прекрасным героем. А потом снова стал Бобом Мелковичем - красивым, но ничем не примечательным мужчиной. В той жизни, в которую они вернулись, не было места подвигу. А без подвига нет Ланселота, нет Аргентора. И вот, спустя десять лет, ей выпала возможность снова почувствовать себя прекрасной Наяной.

О, эта волшебная история, которая закончилась таким крахом! Это Рушер виноват во всём - он ловко подобрал ключик к её тайне, её мечте. Проклятый Рушер, он разрушил её и Боба жизнь. Он дал им то, о чем они оба грезили втайне друг от друга - рядом, но не вместе. Он любил Джиневру, а она - Ланселота. В его мужественном сердце живёт древний рыцарь, недаром он сказал ей как-то, уже тут, на острове, когда она ещё пыталась объясниться с ним, оправдаться, и в запальчивости бросила слова: твой король Артур был просто мужлан, а твои рыцари Круглого Стола вели себя, как конюхи! И припомнила ему тот разговор, нелепую историю Гавейна про лошадь, которая стала. Они ей показались все глупцами, когда так серьёзно обсуждали причину, по которой эта лошадь стала! Она тогда слушала их и думала: о, что за идиоты!

- Они были шутники, - печально ответил Боб.

Да, кажется, она не поняла тогда этого, увлечённая лишь одним: своим юным возлюбленным, прекрасным Ланселотом, и изнывала от необходимости прикидываться верной женой Артура и украшением Круглого Стола.

- Я думала, что это ты, - обронила она тогда, - ведь даже твой конь, Леандр, признал меня.

- Моего коня звали Ронсар, - холодно бросил он.

Вот после этого она и заткнулась, и предпочла бродить по острову в одиночестве.

Да, тут в отменном спектакле Рушера получился прокол - коня назвали неправильно! И вот лежит она в своём простом, отнюдь не королевском платье в траве, под пальмами и думает не о Бобе - о Ланселоте! О том, другом рыцаре, с которым она была близка, а не о том, который убил себя, чтобы не предать честь короля Артура. О своей мечте - Белом Рыцаре! Так кто она после этого - тварь или женщина?

Он снился ей, и она точно знала - это не Боб, это другой.