* * *

Здравствуйте!

Это Юдзуки Катабути. Позвольте снова поблагодарить вас за все, что вы сделали для меня и моей семьи.

Я пишу вам, чтобы рассказать о наших последних новостях.

Аяно с Хирото и Тоей переехали к нашей маме. Похоже, ей нравится нянчиться с внуками, в последнее время она заметно повеселела.

Аяно устроилась на подработку и пошла учиться. Она хочет стать воспитателем в детском саду.

Что будет с нами дальше, мы не знаем.

Суд над Кэйтой все еще продолжается, и когда он наконец закончится – неясно. Мы ужасно переживаем за исход дела, но стараемся не терять присутствия духа и оптимизма – хотя бы ради детей.

Когда-нибудь, когда у нас все уладится, я бы хотела еще раз лично поблагодарить вас за помощь.

Господину Курихаре тоже передавайте от меня огромное спасибо.

Юдзуки Катабути

Спустя несколько дней я приехал в гости к Курихаре в район Умэгаока и рассказал ему, чем закончилось наше расследование о странных домах.

Курихара: Ясно. Так вот как все было на самом деле? Эта история оказалась еще более запутанной, чем я предполагал. В итоге вы с госпожой Катабути смогли сами во всем разобраться, а я толком ничем не помог…

Автор: Ну что ты говоришь! Госпожа Катабути передает тебе огромное спасибо. Говорит, многое для нее прояснилось именно благодаря тебе.

Курихара: Вот как… Ну что же, теперь нам остается только наблюдать, как все сложится дальше.

Курихара отхлебнул кофе и озабоченно вздохнул.

Курихара: Но остался ведь еще один человек.

Автор: Что, какой человек?

Курихара: Ребенок Сэйкити. Нам известно, что Ранкё велела Момоте убить трех его детей: первенца от первой жены, а еще третьего и четвертого сыновей, которых ему родила третья жена. Но в предписаниях «Заупокойной службы по левой руке» говорится, что ребенок должен совершать убийства раз в год до тех пор, пока ему не исполнится четырнадцать, то есть в десять, одиннадцать, двенадцать и тринадцать лет. Получается, всего жертв должно быть четыре, а не три.

Автор: Хм… Может, Катабути прервали ритуал после трех убийств? Помнишь, Ёсиэ говорила: когда родственники из боковой ветви рода заметили, что в главном доме творится что-то неладное, то разорвали с ним отношения.

Курихара: Допустим, и правда заметили. Но ты что, действительно считаешь, что «разрыв отношений» помешал Момоте совершить четвертое убийство? К тому же после завершения ритуала Соитиро строго велел своим детям не отступать от наказов Ранкё. Раз он относился к ним настолько серьезно, вряд ли стал бы сам преждевременно завершать «Заупокойную службу».

Автор: …

Курихара: Все-таки я думаю, жертв было четыре.

Автор: Но Сэйкити бы наверняка что-то заподозрил, если бы четыре его ребенка погибли, разве нет?

Курихара: А ты думаешь, он ни о чем не догадывался?

Автор: Что?

Курихара: Может, он все понимал, но закрывал на это глаза. Можно сказать, Катабути совершали за него мабики.

Мабики? Да, раньше в Японии существовал такой обычай… Делать аборты и убивать новорожденных, чтобы сократить количество детей. Насколько я помню, он оказался под запретом только во второй половине XIX века.

Автор: Но ведь к мабики прибегали в основном бедные семьи, которым не хватало денег, чтобы прокормить еще одного ребенка. А Сэйкити с его доходами мог легко обеспечить всех своих детей.

Курихара: На самом деле этот обычай не был уделом только бедняков. У Сэйкити было несколько жен, которые постоянно боролись между собой за его благосклонность. В конце концов их конфликт обострился настолько, что Сэйкити не мог держать ситуацию под контролем.