– Ты говорил, что она слишком необычна для тебя.

– Да, необычна, – он замолчал, и Челси чуть не вскрикнула, когда тень идиотской улыбки промелькнула на его лице, – но это так захватывает.

Челси вспомнила, как Карл говорил ей, что его будто по голове ударили, когда он находился рядом с Хейли, и как она предположила, что это была страсть. Она не стала напоминать ему об этом, теперь у нее было в избытке доказательств. Именно страсти не было между ней и Карлом. Той страсти, которую он нашел с Хейли. По правде сказать, она не могла винить его в этом.

– Я хотел сказать тебе сразу, Челс, но все не находил подходящего времени. Я постоянно чувствовал давление со стороны моих родителей, со стороны Кевина, и даже я сам старался убедить себя, что должен жениться на тебе. Я хотел рассказать тебе о Хейли еще в прошлом месяце, когда ты вернулась из Норвич Нотча, но ты начала целовать меня, и я подумал, что, может быть, между нами все пойдет на лад.

Получалось, что Челси сама затащила его в постель, когда на уме у него была одна Хейли.

– Почему ты не остановил меня? – крикнула Челси в замешательстве, чувствуя себя совершенной дурой.

– Потому что я тоже этого хотел, – крикнул он в ответ. – Ты – привлекательная женщина, и у меня не возникло никаких проблем с тобой. Но тебе не понравилось, да и я сам, кроме физического удовлетворения, ничего не получил. У нас с тобой не было интереса, что ли, – он махнул рукой, подыскивая нужные слова, – эмоциональной полноты, возбуждения наконец. Или я не прав? – спросил он тоном человека, который знает ответ и хочет услышать от собеседника лишь подтверждение своих слов.

– Ты прав, Карл, – тихо сказала Челси.

– Ну вот, а с Хейли у меня все совсем по-другому. Извини, конечно, если тебе неприятно слышать мои слова, но мы должны хоть раз быть честными до конца. Мы никогда не подходили друг другу. Ты совсем иначе смотришь на семью и детей, но когда ты по-настоящему задумаешься об этом, легко найдешь кого-нибудь и получше меня. Где бы ты ни появлялась, на тебя все обращают внимание. Тебе нужно будет только намекнуть, и тебя завалят предложениями. А между тем ты можешь разыскивать своих родственников, если, конечно, это так необходимо для тебя. Знаешь, я женюсь на Хейли. – Из всех его сумбурных признаний Челси услышала только последнюю фразу. Она не почувствовали ни боли, ни даже злости. Как ни странно, ей стало легче. – Я еще ничего не сказал своим родителям, – продолжал Карл, – теперь, когда тебе все известно, я скажу им. Хейли, разумеется, не ты. Они ведь и слышать не хотят ни о ком, кроме тебя. Но у них нет выбора. У Хейли будет ребенок от меня.

– Хейли беременна?

– Предположительно, да, – сказал он с гордостью. – Еще рано обращаться к врачу, но она уже сделала домашний тест. Если мы поженимся в эту субботу, никто ничего не заподозрит.

Челси еще раз судорожно вздохнула, ей не хватало воздуха.

– А если она вовсе не беременна? Что если это просто ловушка?

Его гордость сменилась негодованием:

– О какой ловушке ты говоришь?! Она любит меня. Как ты вообще могла так подумать о ней?!

Внезапно Челси пришла в ярость:

– Я могу думать как угодно, в зависимости от обстоятельств. Что, по-твоему, я сейчас должна думать? Что ты прыгал из ее кровати в мою или из моей – в ее, а потом обратно?

Мысль об этом больно кольнула ее сердце, она не хотела верить, что Карл способен на такое.