Странное чувство — Макс вроде чужой ей человек, его дети совсем не интересуют ее. Но и видеть его рядом с Самантой почему-то не хотелось. Да кто она такая, это Саманта?!

Когда Романов распахнул ворота, впуская джип во двор, дети не поняли его.

— Пап, мы же кататься собирались, — сказал Антон. — Уроки сделали быстро…

— Да, зачем же машина во двор заезжает? — спросила Настя.

— Саманта у нас гость, Антон? — спросил Романов.

— Гость, — ответил парень.

— А гостя нужно угостить хотя бы чашкой чаю? Или — катай нас, а потом уезжай?

— Я сама ей приготовлю чай, — сказала Настя. — Конечно, тетя Саманта у нас гость, но лучше б она не была гостем у нас.

— Кем же ты хочешь меня видеть, Настюшка? — спросила Саманта, обнимая девочку.

— Другом, пусть даже и без машины. Я ж понимаю, что она не ваша, — решительно сказала Настя.

Антон согласно кивнул.

— Так, ребятки, идите в дом, займитесь там чем-нибудь на полчаса, — сказал Романов. — Я угощу гостью чаем в кухне, а вы… Антон, можешь залезть в Интернет.

— Да не хочу я. Пап, а можно побыстрей… с чаем?

— Да, папа? Я, конечно, могу пасьянс пораскладывать на компьютере, но полчаса жутко долго, — сказала Настя.

Антон возмутился, он и сам мог полчаса просто поиграть в компьютерные игры. Романов проводил их в дом, предоставив решать самим, кто чем будет заниматься. В кухне он крепко обнял Саманту, поцеловал в губы — сделал то, что хотелось после стычки с Луговым. И почувствовал то, что хотел, — она прижалась к нему всем телом, крепко обняла за талию, уткнулась губами в его шею.

— Садись, я тебе чаю налью, — сказал Романов.

— Максим, а может, мы…

— Ну давай хотя бы чаю попьем, Саманта, — улыбнулся он. — А потом поедем кататься. Присаживайся.

— А после катания?

— Что-нибудь придумаем… Кстати, ты, может, есть хочешь? Покормить тебя?

Она хотела есть, не ужинала ведь, но не хотела тратить время зря. Поесть можно было и после того, как они вернутся сюда после вечерней поездки и дети отправятся спать. И вообще, после всего… Наверное, еще больше есть захочется…

Романов наполнил чашки ароматным чаем, сел с другой стороны кухонного стола, напротив Саманты.

— Максим, я хочу сказать… да я уже говорила, но завтра прилетает босс, возможно, у меня не будет времени. Я хочу остаться тут, с тобой, с твоими детьми, с твоей капустой, хочу кормить твоих хрюшек. Правда. У меня есть своя машина, есть деньги, я…

— Остановись, Саманта. Я это уже понял. Но ведь главное — не деньги или машина, а человек, верно?

— Я не тот человек, Максим?

— Может, и тот, Саманта, если б ты была деревенской девчонкой — нет вопросов. Но ты москвичка, а я не хочу дважды наступать на одни и те же грабли, пойми меня правильно.

— Почему ты думаешь, что я те же грабли?

— Потому, что однажды поверил городской даме. И ошибся, а страдают-то дети. Я второй раз ошибусь — они мне этого не простят. Саманта, ты чудесная девчонка, а я, старый маразматик, все еще раздумываю, ничего не могу с собой поделать.

— Нет времени, Максим, нет его, понимаешь? Завтра прилетает босс, я полностью в его распоряжении. Может быть, скоро поедем обратно в Москву, не могу же я их бросить? Обязана доставить…

— У тебя есть компьютер, Интернет, электронная почта?

— Есть, по штату положено.