Смерть ее мужа положила конец роду Омсфордов, за исключением ее мальчиков, если только где–нибудь не затерялись дальние родственники, о которых никто не знал. Поэтому она сразу же столкнулась с проблемой того, как справиться с растущим желанием сыновей после смерти их отца принять свое уникальное наследие и исследовать потенциал своей магии. Продолжая горевать, она делала все, чтобы это остановить. Она знала, что полностью не сможет помешать им; она понимала их потребность в удовлетворении своего любопытства. Она прибегала к уговорам, разрешая одно применение магии и запрещая другое, прилагая все свои усилия, чтобы держать их под контролем. Часть этой стратегии заключалась в том, чтобы дать мальчикам больше свободы в других областях их интересов — таких как, строительство и полеты на воздушных кораблях, — чтобы отвлечь их от магии. В любом случае эти поблажки были обусловлены неизбежной необходимостью найти способы выживания, а ее сыновья оказались весьма умелыми в вопросах торговли на свободном рынке. И на черном рынке тоже, однако она бы никогда никому не призналась, что в курсе их деятельности и там.

Хайбер размышляла, как же ей справиться с предстоящим делом. Сарис Омсфорд не разговаривала с ней еще тогда, когда Хайбер заснула сном друидов. Во многом из–за того, что ее муж погиб во время полета с друидами, и она решила, что главной причиной этого несчастья являлось их неумение обращаться с магией. Она запретила своим сыновьям вступать в контакт с любым друидом, а особенно с Хайбер. Пока она спала, проблемы в этом не было. Теперь, безусловно, будет. Однако без этого не обойтись и каким–то образом она должна убедить Сарис разрешить ее сыновьям помочь тем самым людям, которым она больше всего не доверяла.

С таким же успехом она могла попытаться убедить свиней, что те могут летать.

Воздушный корабль проскользил к докам и сел на самый большой стапель, слегка покачиваясь от потревоженных вод озера. Пока стражники-тролли закрепляли швартовочный канаты, Хайбер вернулась к Гарронеку, который стоял за штурвалом.

— Когда пришвартуемся, я хочу, чтобы ты и твои люди ждали меня здесь. Позволь мне одной дойти до дома.

Он с сомнением посмотрел на нее:

— Да, госпожа.

Она сдалась:

— Если пожелаете, можете дожидаться меня в доке. Однако Сарис Омсфорд тяжелая женщина, и ей не понравится, если я притащусь к ее порогу со стражниками-троллями за спиной.

— Ей не понравится, что вы здесь, при любых обстоятельствах. — На непримиримом лице Гарронека не промелькнуло ни намека на юмор. — Ну, что бы там ни было, я и мои люди будем ждать.

Она покинула его, дошла до дверцы в ограждении, открыла защелку и спустилась по веревочной лестнице на десять ступенек до пола дока. Сейчас Сарис уже знает, кто прибыл. Она уже злится и волнуется. Нужно быстро что–то сделать, чтобы все это рассеялось. Хайбер уже раздумывала над тем, что же это будет.

За то время, что она спала сном друидов, Редден и Райлинг Омсфорды уже превратились из мальчиков в юношей. Она знала их, когда те были еще маленькими. Она посещала их, разговаривала с ними и брала в полеты на воздушном корабле вместе с их отцом. Однако со смертью их отца все это прекратилось. Из взросление прошло в ее отсутствие. Она понятия не имела, как они посмотрят на нее сейчас. Она удостоверилась, что за этой семьей будут издалека присматривать, и поэтому знала о том, какими стали эти мальчики. Дикие, непредсказуемые, дерзкие и смелые — таков был отчет по поводу их увлечения воздушными кораблями, особенно спринтами. Они часто испытывали трудности, но всегда умели выбраться своими силами, хотя иногда требовалась и помощь от их родственников скитальцев.