Один из солдат, шатаясь и старательно удерживая равновесие, пробежал по мостику, а затем вышел на сводчатый потолок. В вытянутой руке он держал нож.

Слегка присев, она сделала обманное движение в сторону, но ратник не поддался на него и остался на месте. Второй солдат поспешно подбежал и встал рядом с товарищем. Третий находился за спиной у Кейт. Он тоже сошел с мостка на свод.

Кейт перебралась еще правее, но двое, которых она видела, шли прямо к ней. А третьего она видеть не могла.

Двое ратников, шедших плечом к плечу, были уже на расстоянии нескольких ярдов от Кейт, когда она услышала громкий, как ружейный выстрел, треск и увидела, что по стыкам камней пробежала зубчатая линия. Солдаты бросились назад, но трещина уже начала быстро расширяться; от нее побежали отростки, словно ветви дерева. Трещины прошли и между их ногами; солдаты, застыв в ужасе, смотрели, как из‑под них уходит потолок. Затем большой кусок потолка под ними рассыпался, и они с воплями ужаса исчезли с глаз Кейт.

Она оглянулась на третьего из своих преследователей. Тот метнулся обратно на мостки, но споткнулся, упал, и в то же мгновение послышался треск. Кейт видела его испуганное лицо, когда он лежал, чувствуя, как камни под ним медленно падают один за другим. А потом он тоже исчез с долгим отчаянным воплем.

Внезапно она осталась одна. Она стояла на потолке, а вокруг нее вопили перепуганные воробьи.

Слишком испуганная, чтобы двигаться, она просто стояла, дожидаясь, пока успокоится сумасшедшее сердцебиение.

Она была в полном порядке.

Все было в полном порядке.

Кейт услышала короткий треск. Затем тишина. Она ждала. Еще треск. А этот – она почувствовала – прозвучал прямо у нее под ногами. Камни подались. Взглянув вниз, она увидела, как от нее в нескольких направлениях разбегались трещины. Она быстро шагнула влево, направившись к спасительному замковому ребру, но было уже поздно.

Один камень выпал, и ее нога попала в отверстие. Кейт провалилась до пояса, затем распростерлась на каменной кладке, раскинув руки, чтобы пошире распределить свой вес. Так она лежала несколько секунд, затаив дыхание, и думала: «Я сказала ему, что потолок был плохо построен…»

Она ждала, пытаясь сообразить, как выбраться из дыры. Попробовала чуть‑чуть подтянуться…

Треск.

Растворный шов прямо перед нею разошелся, и несколько камней рухнуло вниз. А потом она почувствовала, как подается весь участок свода, на который она пыталась опереться. В это же мгновение она с ужасающей ясностью осознала, что тоже падает.

* * *

В шикарной красной комнате в башне Крис не был уверен, что именно он услышал в наушнике. Ему показалось, что голос Кейт произнес: «Вас идут убивать» – или еще что‑то в этом роде. А потом еще какие‑то слова, но он не уловил их: слишком уж сильно трещали разряды.

Марек открыл деревянный сундук, стоявший рядом с небольшим алтарем, и поспешно рылся в нем.

– Ну‑ка, помоги! – окликнул он товарища.

– Что делать? – спросил Крис.

– Оливер держит в этой комнате свою любовницу, – объяснил Марек. – Готов поспорить, что тут у него есть и оружие.

Крис подошел ко второму сундуку, в ногах кровати, и откинул крышку. Этот сундук оказался забит полотняными отрезами, платьями, шелковыми одеждами. Он вышвыривал все это, стараясь поскорее добраться до дна, и одежды колыхались в воздухе и плавно опускались на пол вокруг него.

Но оружия там не оказалось.

Никакого.

Он взглянул на Марека. Тот помотал головой, стоя среди груды платьев.

Никакого оружия.

Крис услышал в коридоре топот бегущий ног. Это солдаты шли за ними. Сквозь дверь до него донесся металлический звук мечей, извлекаемых из ножен.