– Она так плохо выглядит… А когда я последний раз видела ее у Инны, была как цветочек.

– Я же тебе объяснила – это снотворное.

Лена повернулась к ней лицом:

– Надо что-то сделать!

– Да перестань ты… Если бы я могла, Оксана уже была бы на свободе… И ты тоже. Понимаешь ты хотя бы, что я хочу сделать то, что никому еще не удавалось? Я вас спасти хочу.

– Ты уверена, что никому это не удавалось?

– Уверена.

– А может, тебе просто не рассказывали о таких случаях?

– Почему?

– Ну, не хотели ронять свой престиж… Ты говорила, что секта существует с пятнадцатого века. Ты же образованный человек, неужели ты не понимаешь, что не бывает правил без исключений! За пять веков никто не смог обмануть их и убежать? Никто-никто? Не верю! Не могло такого быть… Или же придется признать, что эта ваша секта хуже гестапо.

– Про гестапо ничего не знаю, – усмехнулась та. – А вот насчет того, что не хотят ронять престиж… Я тебе скажу, что толком никто ничего вообще не знает про секту.

– То есть ты не знаешь?

– Никто не знает. Даже мужчины, даже самые влиятельные из них.

– Не понимаю! Как же тогда все это существует? Разве не глупо подчиняться правилам секты, о которой ничего не известно?

– Глупо, наверное, но зато это удобно. Секта многим помогает выживать. Материально, морально…

– Морально?!

Но вскоре Лене пришлось признать ее правоту. Ведь людям нравится знать, что за них есть кому заступиться, что везде найдутся свои люди, что их не бросят с проблемами… Надо только следовать общим правилам, и все в порядке… А бунтовщики… Их никто не жалеет, им никто не сочувствует… Все это, наверное, прогнило за столько столетий, но как-то действует. Раньше людей сдерживала религия, теперь это только видимость, осталась одна жестокость… И деньги. В Москве немало членов секты. Их привлекают сюда деньги и большие возможности. На вопрос Лены, чем они тут занимаются, та дала краткий ответ – торговлей.

– Торговлей? Чем же они торгуют? Одеждой, как Мухамед?

– Чем угодно.

– Наркотики?

– Возможно Чем меньше ты будешь знать, тем лучше для тебя.

– Ты так хорошо мне объяснила, что любой мой шаг может погубить Сашку и Оксану, да и меня саму, что я ни во что без твоего совета не сунусь.. А мое любопытство естественно. Если бы ты попала в клетку к диким животным, ты бы тоже, наверное, хотела знать, чем они питаются и на что можно надеяться…

– А зачем знать? – равнодушно заметила та. – Все равно сожрут.

Лена спросила, зачем тогда бояться? Фатиха не ответила, и Лена поняла, что ничего больше не вытянет. Она села в постели и закурила.

– Дай мне тоже. – Фатиха протянула руку за сигаретой. Лена поднесла ей огня.

Лена заметила, что Фатиха никогда не курила при своих соотечественниках. И поинтересовалась: не запрещено ли это?

– Да им все равно, что делает такая пропащая женщина, как я… – горько ответила Фатиха. – Их это не волнует.

– Почему? У мусульман, как я считала, строгие законы насчет женщин…

– Я ведь не вышла замуж. Осталась никчемной старой девой. Никогда не рожу ребенка. Они это знают. Моя репутация и гроша не стоит. Только одно их могло бы взволновать – если бы я вступила с кем-то в связь. Опозорила бы честь семьи.

– Тогда бы тебя убили?

– Наверное. – Фатиха вдруг лукаво усмехнулась, огонек сигареты осветил ее лицо.