— Как вы меня разочаровали! — воскликнула Зенка. — Я так и не узнаю, что же это такое!

— А вам так хочется это знать? — спросил, пристально глядя на нее, супруг.

Зенка решила, что король шокирован ее поведением, и очень обрадовалась: теперь он не будет считать ее «зеленой девчонкой, ничего не смыслящей в жизни». Пусть знает, что она — особа очень разносторонняя и эрудированная!

Разобравшись с оргиями, Зенка перешла к следующей теме:

— Вы не могли бы рассказать мне о Ните Лоплаковой? — важно начала она. — Говорят, что Лоплакова имела большой успех в тех странах, где ей довелось выступать.

— Значит, вы наслышаны о ней?

— Да.

— Я уверен, что вы будете потрясены ее искусством и красотой.

— По-моему, вы чересчур восхищены ею, — вырвалось у Зенки.

Поймав на себе цепкий взгляд короля, Зенка мстительно подумала:

«Пусть поломает голову над тем, что я знаю о нем и его прошлой жизни!»

Вслух же она сказала:

— Надеюсь, вы распорядитесь, чтобы я смогла побеседовать с Нитой Лоплаковой по окончании спектакля?

— Такая возможность может не представиться, — сухо ответил король.

Разузнав все, что ей было нужно, Зенка решила оставить Ниту Лоплакову в покое: ей не хотелось

заставлять короля менять свои планы в последний момент — и принялась болтать о театрах, в которых бывала в Лондоне, об увиденных спектаклях, расспрашивая мужа о том, какие постановки пользовались успехом у каранийцев.

Ужин подошел к концу, и молодые супруги в сопровождении фрейлины и адъютантов отправились в театр.

У входа их уже ожидала толпа зевак.

Со всевозможными почестями и церемониями Миклоша и Зенку провели в украшенную белыми цветами королевскую ложу, оркестр заиграл национальный гимн, зрители аплодисментами поприветствовали их, и лишь тогда король и королева смогли занять свои места.

Фрейлина и адъютант расположились во втором ряду ложи.

Зенка с любопытством оглядела зрительный зал. Театр был полон. Взоры всех присутствовавших были устремлены на них, и в женских глазах отчетливо читалась зависть к ней, чужеземной девчонке, подцепившей столь завидного жениха.

Но вот погас свет, и Зенка увидела, как сидящая в ложе напротив дама махнула рукой, обтянутой перчаткой. Очевидно, это приветствие было адресовано королю.

Она недоуменно посмотрела на мужа, а тот, заметив ее вопрошающий взгляд, улыбнулся и пояснил:

— Это мадам Дульчия Ракочи — первая красавица Карании. В антракте я познакомлю вас.

— Благодарю вас, — процедила Зенка и изучающе посмотрела на темноволосую, белокожую знакомую ее мужа, вечернее платье которой отличалось невиданно смелым декольте. Экзотическая

внешность и алые губы обворожительной Дульчии подчеркивали огоньки рубинового ожерелья, обвивавшего ее стройную шею.

Игнорируя Зенку, мадам Ракочи немного наклонилась вперед и зазывно посмотрела на Миклоша.

«Так может смотреть только любовница!» — решила разгневанная Зенка.

Но тут же раздвинулся занавес, и Зенка стала следить за развитием сюжета на сцене, с нетерпением ожидая появления Ниты Лоплаковой.

Русская балерина действительно оказалась воплощением неземной красоты и грации. Казалось, не живое существо парит на сцене — падает звезда с неба, порхает с цветка на цветок мотылек, птица пролетает в облаках.

Зал как завороженный следил за движениями танцовщицы, закончившей Российское императорское училище, которое славилось на весь мир своими божественными балеринами.

Каждое па, каждый пируэт заставляли зрителей замирать от восхищения, и Зенка почувствовала, что король совсем забыл о ее присутствии и не сводит глаз с балерины.