|
- Авт.) из своих средств послали ему полмиллиона, сумму, равнявшуюся годичному доходу короны. На помощь голландцам через пролив переправлялось тайком все большее число добровольцев, пока 500 англичан, сражавшихся в начале войны, не образовали пятитысячной бригады, своей храбростью определившей исход одной из самых важных битв. Голландские корсары находили себе прибежище в гаванях Англии, английские суда при нападении на купеческие корабли испанцев поднимали голландский флаг. Пыл протестантов все возрастал по мере того, как из походов в Нидерланды возвращались "лучшие вожди и солдаты", рассказывавшие о жестокостях Альбы, или как корсары привозили рассказы английских моряков, захваченных в Испании и Новом Свете, о муках, вынесенных ими среди пыток инквизиции, или о смерти на костре. Ввиду такого упорного стремления народного чувства дипломатия Елизаветы утратила почти все свое значение, когда же она в 1581 году (! - Авт.) попробовала подействовать на Филиппа одной из своих последних брачных интриг, обещавших Англии католического государя, негодование народа выразилось в таких криках против католического короля, которым королева не решилась противиться... Если Елизавета и стояла за мир, то Англия высказалась за войну" (Дж. Грин).
Таким образом, подтверждается и дата перехода из третьей фазы в четвертую, и народный характер революции, и её освобождающее от сдержанности и осторожности направление. Рассматривая особенности 4-й фазы третьего имперского цикла Англии, мы впервые так плотно и неизбежно вышли на понятие тоталитарного двойника, каковым является Испания. Нам это особенно интересно, потому что в претензиях на мировое господство тогдашняя Испания очень напоминает теперешние США. "В это время сильнейшей из европейских держав была Испания, открытие Колумба подарило ей Новый Свет на западе, завоевания Кортеса и Писарро обогатили её казну сокровищами Мексики и Перу. С Новым Светом король Испании соединял лучшие и богатейшие земли старого: он был властителем Неаполя и Милана, самых богатых и плодородных областей Италии, промышленных Нидерландов, Фландрии - главного мануфактурного округа эпохи, и Антверпена, ставшего центральным рынком всемирной торговли... Слава испанской пехоты все росла, а испанские генералы не имели себе соперников ни в военном искусстве, ни в беспощадной жестокости. Потом все это громадное могущество было сосредоточено в руках одного человека (речь о Филиппе II. - Авт.). Рука об руку с его властолюбием шло его ханжество. Италия и Испания ужасами инквизиции были доведены до молчания; костер и меч очищали от ереси Фландрию. Эта колоссальная держава оказывала смертоносное влияние на всю Европу" (Дж. Грин). Завоевание Португалии (1580) почти удвоило силы Филиппа. Оно доставило ему единственный флот, который ещё мог соперничать с его флотом, обладание португальскими колониями доставило его флагу такое же господство на Индийском и Тихом океане, каким он пользовался на Атлантическом и в Средиземном море. (Точно такая же ситуация с мировым господством возникла к концу третьей фазы четвертого российского цикла в 1989 году. После распада социалистического содружества США объявили о том, что они являются единственной сверхдержавой, претендуя при этом не только на военное лидерство, но и на моральное и духовное руководство миром. Единственной державой в мире, способной оказать духовное сопротивление американской массовой культуре, оказалась Россия. Разумеется, скорой победы в этой борьбе ждать не приходится.) Итак, в 1581 году Рубикон был перейден. "Лорд Лестер был послан на берега Фландрии с 8 тысячами человек, Дрейк был послан громить испанские колонии в Америке. Берега Кубы и Флориды подверглись опустошению..." (Дж. Грин). Параллельно с внешней активизировалась и внутренняя борьба с католическими заговорами. Одним словом, искомое гражданское противостояние (1581-1585) шло достаточно сурово: заговор Сомервиля, казнь Парри, изгнание иезуитов. |
