– Тогда при чем же здесь внешний вид трех женщин?

– Четырех женщин! – немедленно поправил его доктор Фелл. – Четырех! И прошу вас этого не забывать!

– Очень хорошо, но какое значение имеет внешность четырех женщин? Не могли бы вы мне объяснить?

– Очень хорошо, давайте подумаем, имеет ли какое-то значение в данной ситуации появление четырех женщин?

– Знаете, мне кажется куда более важным другой, неприятный и тревожный аспект этого дела. Я имею в виду переполох в спортивном зале. Речь идет о настоящем извращенце – о том самом, кто хихикал в углу, рисовал светящейся краской статую Основателя и столкнул шестнадцатилетнего мальчика в плавательный бассейн.

Тяжело дыша, доктор Фелл вскинул трость.

– Но обратите внимание! – прищурился он. – Это, конечно, ужасно. Но не похоже на спланированное преступление. Наоборот! Все было проделано грубо, напоминало скорее проказы школьников, почти как…

Его громкий голос сошел на нет, и он остался стоять с открытым ртом. Опустив трость, что позволило ему опираться сразу на обе, он вскинул подбородок, словно увидев что-то в углу. Его вихрастая голова темным силуэтом выделялась на фоне сцены, где армия Брэддока попала в засаду – вирджинские милиционеры в зеленых мундирах защищали красномундирников от индейских стрел.

– Я понял… – произнес доктор Фелл. Затем встряхнулся, словно опасаясь, не сказал ли он лишнего.

Марк вскочил, чуть не опрокинув локтем бокал с пивом.

– Позволительно спросить, что вы поняли? По моему мнению, этим шутником в спортивном зале могла быть сама Роз Лестрейндж!

– Боюсь, что не согласен с этим! – бросил Сэмюел Кент.

Марк сдержался.

– В любом случае, – сказал он, – это не может иметь отношения к Бренде. Она едва ли не единственная, кто знать не знает, что случилось в спортивном зале. Бренда… да, в чем дело?

Официант, маленький человечек с манерами балканского дипломата, подскочил, чтобы собрать посуду, перед тем как подавать кофе. Он громким шепотом обратился к Марку:

– Мистер Рутвен! Там на улице человек, мистер Рутвен, который хочет увидеться с вами. Вам лучше выйти к нему.

– Спасибо, но в данный момент я занят.

– Все же вам лучше повидаться с ним.

– Почему? Он что, не может зайти сюда?

– Он сказал, что предпочитает не заходить, сэр. Вы лучше сходите к нему. Это мистер Фрэнк Чедвик. Он говорит, что у него послание от вашей жены.

Марк, справившись с головокружением, которое охватило его, когда он из кондиционированной атмосферы и полутьмы вышел на жаркие лучи солнца, выпрямился и застыл на месте. Два человека с разных сторон Хьюит-стрит смотрели друг на друга.

Марк медленно перешел дорогу, направляясь к машине.

На первый взгляд Фрэнк Чедвик сохранял привычную для себя спокойную насмешливую уверенность, то самое мальчишеское очарование, о наличии которого Марк был хорошо осведомлен. Пряди его каштановых волос с выгоревшими кончиками обрамляли симпатичную физиономию; держался он легко и раскованно. На нем был костюм кремового цвета и довольно вызывающий галстук; он сидел, легко постукивая пальцами по клаксону, который тем не менее молчал. Во всем остальном Фрэнк сохранял неподвижность.

Марк подошел к машине и остановился, не произнося ни слова. Они снова уставились друг на друга.

– Привет, Рутвен, – небрежно бросил молодой человек. Хотя с лица его исчезла улыбка, оставив по себе лишь слабый след, раскованность не покинула его.