О поездке в автобусе я пожалел, потому что под ее конец я чуть не сдох от голода. Желудок словно сворачивался сам в себя и требовал хоть что-то в него положить, пока не начал самоперевариваться. Энергии-то я сегодня потратил будь здоров, а восполняется она сейчас за счет жизненной силы. Поэтому, как только я вышел на нужной остановке, сразу устремился к ближайшему ларьку с едой. Делали там блины, прямо при мне размазывая Т-образной палочкой тесто по огромному нагревательному кругу. Желудок взвыл от одних только запахов, пытаясь установить главенство над остальными моими органами, и ему это почти удалось, когда наконец мне выдали блин, начиненный ветчиной с сыром, и стаканчик жидкого кофе.

— Еще два, пожалуйста, — сказал я, расплатился и впился зубами в еду.

Еда закончилась быстро, но второй и третий блин я уже ожидал не с таким нетерпением. Потом заказал еще один с начинкой из сгущенки и орешков и еще стакан кофе. Кофе был мерзенький, но горячий.

Из ларька я вывалился сытый, счастливый и готовый к разговору с Серым.

Зато он был настроен отнюдь не столь благодушно. Дверь открыл рывком и сразу на меня наехал:

— Ты почему со мной ничего не согласовал? Мы партнеры или как?

— Если ты не забыл, ты мой ученик. Значит, я могу решать важные вопросы, не ставя тебя в известность.

— Вот как? Заходи.

Он все-таки посторонился, пропуская меня в квартиру, высунулся и огляделся, не подслушивает ли кто наш разговор. Но на площадке было пусто, да и в квартире предприимчивой соседки тоже не наблюдалось ни одной ауры.

— Как так получилось, что ты лег под Лазаревых?

— Сдурел? — удивился я. — У нас договор на пять лет.

— А через пять лет?

— Клан Елисеевых будет достаточно сильным, чтобы за себя постоять. Нет — еще на пять лет подпишем. Но это максимум, на который они могут рассчитывать.

Серый взъерошил волосы.

— Договор? Клан Елисеевых? Как я много пропустил, однако.

— Слушай, я, конечно, крут, но у меня есть ограничения, как по силе, так и по возрасту. Я не закрою наше производство от Мальцевых и не хочу подвергать опасности близких, — пояснил я. — А пока оно будет под патронажем Лазаревых, мы можем не опасаться.

— На каких условиях договор?

Я пояснил, сделав акцент на том, что распределение наших с Серым доходов будет прежним, а расходы все ложатся на Лазаревых.

— Цену только надо продумать, по которой мы будем толкать Лазаревым оставшиеся пятьдесят процентов накопителей.

— Почему пятьдесят? — агрессивно спросил Серый. — А нам?

— А нам мы будем делать другие, — я довольно улыбнулся, вспомнив вынужденный «подарок» Дамиана. — Получше. И уж эти пойдут только нам.

— Получше? — Серый задумался, думал он недолго и его раздумья вылились в: — Слушай, а клану Елисеевых маги не нужны?

— Может, и нужны, — удивился я. — Но тебе какой прок?

— Как это какой? А статус? Будь я с клановой меткой, мальцевские бы поостереглись так вламываться, а с внеклановым слабаком можно не церемониться. С моим нынешним уровнем меня ни один клан не возьмет.

— Положим, уровень у тебя поднялся, — ответил я, не зная, как реагировать на просьбу Серого.

— И? Ученик-то я твой, — логично возразил он. — Сам подумай, кого будут лучше учить: одноклановца или постороннего? Кроме того, у нас общее дело.