- Ты по делу? - хмуро интересуется бычок, сидящий за рулем. В открытом окне вижу еще три рыла молодых боевиков.

- А как же иначе? - усмехаюсь я. - Чахлый здесь?

-- Здесь... А ты?

Парень не договорил. Выхватив из-под куртки пистолет с глушителем, дырявлю всех, находящихся в салоне "мерса".

Тревожно осматриваю окна сауны. Они плотно чем-то задрапированы, и вряд ли кто-то меня видел и рассмотрел, чем я тут занимаюсь. До самого корпуса дома отдыха расстояние значительное, и он закрыт от меня деревьями. Иду к дому. Входная дверь, естественно, закрыта. Приходится нажимать кнопку звонка. Через минуту чувствую, как меня пристально разглядывают в глазок. Дверь открывается.

- Тебе кого? - без выражения интересуется служащий бани.

Банщиком я бы его не назвал. По виду здоровяка это еще тот головорез. Могу судить по его тюремным наколкам, которые видны по всему обнаженному торсу.

- Все собрались? - хмуро интересуюсь в свою очередь.

- Да ты от кого, парень? - бычится татуированный банщик.

- От Семена, - говорю я и прохожу внутрь. Банщик сторонится. В тамбуре никого не вижу. Удобная рукоять финки выскакивает из рукава мне в ладонь, и я, развернувшись, всаживаю тонкое лезвие в солнечное сплетение банщика. Он широко открывает рот, вздрагивает всем телом и оседает на пол. Оставляю пику в его теле. Закрываю за собой входную дверь. Посторонние сейчас тут не нужны. Прохожу внутрь дома.

В комнате отдыха, действительно похожей на комнату, никого нет. Видимо, народ перед серьезным базаром решил пока смыть грязь. Вряд ли эти парни когда-либо отмоются.

Достаю из-под куртки "узи". Глушитель у него отменный, в этом я уже убедился. Захожу в помещение с бассейном. Четверо парней находятся в воде.

Расстреливаю их за пару секунд. Закуриваю и жду, когда появятся из сауны остальные. Лезть к ним неохота. Попарюсь как-нибудь в другой раз.

Со следующей партией кандидатов в жмуры проблем также не возникает. Братва собралась на серьезный разговор, поэтому телок в сауне нет. И мне легче работать без лишних жертв.

Стою и с интересом всматриваюсь в лицо Чахлого, который нервно кутается в простыню. Он не отрывает от моего лица своих бесцветных глаз.

- Все-таки появился... - проговаривает он с сожалением и заходится туберкулезным кашлем.

- Зашел, Чахлый... - поправляю его. - Я ведь пока не привидение, чтобы тебе являться.

- Это я уже заметил, - соглашается старик, бросив взгляд на тела своих корешей. - Мясорубку ты устроил тут капитальную.

- Пойдем, поговорим, - показываю ему на выход.

Пропускаю авторитета вперед. Заходим в комнату отдыха. Чахлый садится на диван, берет со стола сигареты, закуривает. С виду он совершенно спокоен и даже демонстративно наливает себе в чашку заварки, показывая, что руки у него не дрожат.

- О чем-то хотел спросить? - интересуется Чахлый, делая несколько глотков.

- Вообще-то личных вопросов к тебе уже нет. Одно только мне интересно: кто же тебя, такого волчину, поддерживает в Москве?

- Вот со временем, может быть, и узнаешь, если вперед не сдохнешь, усмехается он. - Пусть меня и не, будет, но тебя, Антоныч, все одно достанут.

Я даже не успел удивиться и среагировал лишь на резкое движение руки старика. Не отклони я корпус чуть в сторону - и лезвие, запущенное этим старым ублюдком, могло бы меня прикончить. Инстинктивно два раза нажимаю на курок, и Чахлый отваливается на спинку дивана с дырками в груди и в башке. Смотрю на то, что у меня за спиной. Лезвие стилета с тонкой ручкой глубоко ушло в деревянную панель стены. Откуда Чахлый достал эту штуку? Не в заднице же он таскал ее с собой в сауну? А впрочем, от матерого зека можно ожидать всего. Делать мне тут больше нечего. Убираюсь к своей машине.

В городе отзваниваюсь тем парням, которые меня не предавали. Договариваюсь с ними о встрече.