— И как же? — предвкушая интересный рассказ, подначивали ее подруги.

— Вообщем, поставив машину на стоянке перед домом, я под дождем, с сумками в каждой руке и папками с бумагами под мышками, побежала к подъезду по бетонным плитам. Ну, вы знаете, что ведут от стоянки прямо к подъезду.

— Да, знаем. Я на этих твоих плитах уже два каблука сломала, — пожаловалась Мари.

— Точно, по ним родимым. Ну вот, бегу я под дождем, без зонта, смотрю себе под ноги, чтоб не попасть в яму и …

— Падаешь?

— Мари, заткнись. — И в Мари полетела подушка, от которой она легко уклонилась не смотря на свою комплекцию.

— Нет, не падаю. А сталкиваюсь с парнем.

— И падаешь?

— Мари!! — и в нее летят уже две подушки.

— Не-а, я его уронила.

— Ты что сделала?

— Ну, он попытался отступить в сторону и при этом не уронить меня и оступился на плитах.

— И как он?

— Ну как, сел в лужу, а я собираю папки с бумагами, пока они не намокли и ругаюсь на чем свет стоит. И тут слышу: «Я, конечно, извиняюсь, но не могли бы вы дать мне подняться». Я пока топталась и собирала папки, наступила каблуком ему на штанину, и он не мог подняться, а еще я держалась за него, чтоб не упасть, а он все время молча сидел в луже.

Девчонки уже откровенно начали хихикать.

— Ты, наверно, хотела, чтоб у него не только брюки промокли, но и трусы, — после этих слов Мари, девчонки попадали на подушки и уже смеялись в голос.

— Не могу сказать точно, что я в тот момент хотела и думала, но промок он основательно. Я, конечно, извинилась, все как положено. Он поднялся и, взяв меня под руку, повел в подъезд.

— Ага, чтоб там без свидетелей придушить, — прокомментировала Мари.

— Мы вместе сели в лифт, — проигнорировала выпад подруги Ирэн, — и доехали до нашего этажа. Тут и выяснилось, что он мой сосед с квартиры напротив.

— И какой он?

— Какой? Мокрый, грязный, злой. Вся одежда, волосы и лицо забрызганы грязью.

— Ты что его еще и попинала там. А лицо почему в грязи?

— Я когда грязь с папок стряхивала, то на него попало.

— Ну, ты и добрая.

Стаурус лежа на диване с закинутыми за голову руками и закрытыми глазами, улыбнулся. Ирэн так интересно и смешно рассказывала про их знакомство, пытаясь скрыть, как эта встреча ее взволновала.

— Ну, ты молодец!!

— Ага, молодец, особенно когда я его пригласила к себе брюки почистить.

— Что сделать? Брюки почистить??? Ой, не могу. Держите меня. Другие девушки приглашают на чай-кофе, а ты сразу так кардинально. Он, наверно, испугался.

— Не похоже, чтоб испугался, скорее это его тоже развеселило. А что мне оставалось делать? Уронила в лужу, заставила промокнуть до костей, обляпала грязью с ног до головы, еще и обматерила, — девчонки уже плакали от смеха.

— Да, Ирэн, умеешь ты веселиться.

— Точно, за это надо выпить. Тост — за способность видеть смешное в любых ситуациях.

Девушки замолчали, и какое-то время Стаурус их не слышал.

— Ленка, колись, откуда такое вкусное вино взяла, не поверю, что купила. — Ирэн с сожалением покрутила в руках пустую бутылку. — Ну почему все хорошее и вкусное так быстро заканчивается.

— Бутылку я выиграла сегодня у одного бизнесмена. Он считал, что сила удара и скорость полета теннисного мяча у него будет больше и дальше, чем у меня. Не, ну почему мужики так самоуверенны и упрямы. Я занимаюсь теннисом с пяти лет и по шесть — восемь часов в день, а он так время от времени.