Но суровый служебный долг взывал к моей храбрости, и я смело ступил на борт. Воняло рыбой.

Ближе к корме находилось какое-то маленькое помещение. Я распахнул дверь.

В койке, лежа на спине, храпел здоровенный турок. Никогда еще не видел среди турок такого громадного. Наверное, это был капитан.

Я разбудил его, помахав у него перед носом рукой. Но сделал это очень хитро — зажав в пальцах лиры наподобие веера.

Он еще раз всхрапнул и проснулся. И сразу увидел лиры.

— Если отчалишь сейчас же, — сказал я, — и доставишь меня в Грецию — это будет твоим.

Он тут же приподнялся и сел, почесывая волосатую грудь.

— Сколько дадите? — спросил он.

— Сорок тысяч лир, — отвечал я.

— Восемьдесят тысяч, — попробал торговаться он.

— Семьдесят, — отрезал я, — если отчалишь сию же минуту.

Он поднялся с койки и потянулся к куртке и фуражке.

— Пойду разбужу команду, — сказал он, но никуда не ушел.

Я понял намек и отсчитал ему тридцать тысяч лир.

— Остальные сорок получишь перед тем, как высадишь меня на берег.

Он недовольно хрюкнул, взял деньги и пошел будить команду.

Вскоре от беготни судно заходило ходуном. Матросы готовились выйти в море.

Я взглянул на другие суда, по которым только что прошел. Не исключалось, что на одном из них мог находиться сторож, который заметил меня.

Я не мог подвергать себя ни малейшей опасности.

— Одну минуту, — сказал я капитану, — кажется, я оставил кое-что на пристани.

Перескакивая с палубы на палубу, я быстро добрался до причала, где стояла небольшая хибара. Под дверь ее я подсунул бомбу, поставив взрыватель на полчаса и надавив на плунжер, и так же по палубам вернулся назад.

Судно отчалило. Двигатель и лаял, и чихал, и жаловался. Винт вспенивал воду в кильватере. Мы покинули бухту Золотой Рог, обогнули мыс Сераглио. На фоне странно освещенного неба вырисовывался силуэт памятника Ататюрку.

Б-бах! Бу-бух!

Заслоняемая мысом и монументом, вспышка взрыва окрасила светлеющие небеса.

Я оглянулся. След мой был заметен.

Небо над Стамбулом от непрекращающегося пожара стало оранжевым.

Наконец-то я вырвался!

Когда тебе угрожает опасность и ты нуждаешься в помощи, нет ничего лучше «аппаратной» выучки!

Однако в безопасности я еще не был!

Часть СОРОК ПЕРВАЯ

Глава 1

Через Мраморное море, через Дарданеллы, двадцать один час мучительных приступов рвоты, двадцать один час пребывания в аду.

Я сидел в провонявшей рыбой каюте помощника капитана и блевал в скверно пахнущее ведро. Ох и верно же назвали эту посудину — «Sanci»! Но никакая боль в животе не шла в сравнение с тем, что я испытывал. Сильная встречная волна подгонялась ветром с Эгейского моря, который свирепел с каждой милей.

Но мне досаждал не только ветер. В начале пути я следил за исчезающими в дымке огнями Стамбула: мне казалось, что турецкие военные суда непременно ринутся за мной вдогонку, и я решил, что продам свою жизнь по самой высокой цене. Но тут меня стала одолевать килевая качка, и я заблевал над поручнями. Капитан, опасаясь, что я свалюсь за борт, затолкал меня в каюту помощника и дал ведро, сказав при этом, что не хочет терять оставшейся части платежа.

Сначала меня так замутило, что я испугался: а вдруг умру. Потом меня замутило гораздо сильнее, и я испугался, что не умру.

Постепенно, между позывами рвоты, я стал размышлять, как же я дошел до жизни такой.