— Я вернусь, Ийсеуль.

— Ты говорил это в прошлый раз, — грустно произнесла она.

— И я сдержал обещание.

— Да, но тебе было за чем возвращаться… У меня оставался твой ценный камень. Теперь у тебя нет причин снова сюда приезжать. Ты ничего не оставляешь здесь.

Молодой человек отбросил сомнения, воспользовался возможностью и притянул девушку к себе.

— Нет, оставляю. На этот раз я оставляю что-то гораздо более ценное.

Она не стала сопротивляться.

— И что это?

Гидеон склонился вперед и зашептал ей в ухо.

— Мое сердце. Я отдаю его тебе на хранение. Мне нужно, чтобы ты очень бережно хранила его, потому что оно очень хрупкое.

Теперь у нее из глаз полились слезы. Их было немного, и плакала она не громко. Капли неслышно катились у нее по щекам, а Гидеон целовал их.

— Я вернусь за своим сердцем и его владелицей, — мягко произнес он.

Ийсеуль взяла себя в руки.

— Ты правда это имеешь в виду? Я не смогу в это верить в твое отсутствие, если не поверю прямо сейчас. — В ее голосе послышалось отчаяние.

— Я говорю правду. Я люблю тебя, Ийсеуль. Я вернусь к тебе, как только смогу.

Времени было мало. Гидеон знал, что Темезиус и Фиггис могут появиться в любую минуту. Он повел девушку за дом, где было темно, и целовал ее долго и глубоко. Она отвечала, стоя на цыпочках и обвив руками его шею. Она вся отдалась этому поцелую, отключилась от действительности, а потом юноша и девушка вдруг услышали вежливое покашливание. Конечно, Гидеон уже давно услышал их приближение, но Ийсеуль, похоже, удивилась и быстро отодвинулась от него в смущении.

— Еще минуту, — тихо сказал Гидеон.

— Мы пока поедем, — также тихо ответил Фиггис и добавил мысленно: «Побыстрее догоняй нас, парень. И помни, что я говорил тебе об обещаниях».

Это явно звучало, как предупреждение. Повозка быстро скрылась из виду.

— Я должен уходить, — сказал Гидеон, нежно целуя ее лицо и стирая последние слезы. — Делай свечи, будь счастлива с семьей и вспоминай меня добрым словом. Когда я вернусь в следующий раз, то обязательно задам твоему отцу один вопрос.

Она удивленно вскрикнула.

— Ты говоришь правду?

— Я не шучу. Я обещаю.

— Тогда уезжай по своим странным делам и побыстрее возвращайся ко мне.

Она оттолкнула его, и Гидеон пошел прочь, но вернулся для еще одного поцелуя.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала Ийсеуль. — Береги себя. Я буду хранить твое сердце.

Он в последний раз обнял девушку и с неохотой высвободился из ее объятий, затем быстро ушел в темноту, догоняя друзей.

«Не давай девушке никаких обещаний». Он попытался игнорировать наставление, но тщательно выбранные Фиггисом слова снова и снова звучали у него в сознании. Он послушался толкового совета? Нет. Гидеон его проигнорировал и сказал о любви и женитьбе красивой девушке, которая верила, что он сдержит обещание. А он сдержит? А сможет его сдержать?

Гидеон покачал головой, чтобы отделаться от сомнений. Да, он сдержит слово. И с этим твердым обещанием себе самому он побежал, чтобы догнать своих Паладинов и направиться навстречу судьбе, какой бы она ни была.

* * *

Кайрус резко проснулся и сел. Он был слегка озадачен, но только на одно мгновение. Старые привычки долго умирают. Солдат мгновенно взял себя в руки, резко выпрыгнул из кровати, и в мгновение ока был на ногах и готов к свершениям.