Изменить размер шрифта - +
И к тому же он чокнутый. Ладно, что бы там ни было, это не имело никакого значения, потому что Мориарти знал все, что ему нужно было о нем знать: во первых, этого человека надо убить, во вторых, он знал, где он находится, и, в третьих, ему хорошо заплатят за работу.

Так что надо сидеть и ждать, пока этот человек выйдет из своей комнаты, и тогда Патси вылезет из машины, подойдет поближе и выстрелит в голову. И никаких проблем.

Харолд Смит оглядел комнату. Он ничего не забыл. Он направился к двери, но, прежде чем открыть ее, протянул руку к шнурку, чтобы раздвинуть портьеру и тем самым дать знать прислуге, что комната освободилась и ее можно убирать.

Но как это бывает в мотелях, где комната стоит восемь долларов за ночь, шнурок не работал и Смит подошел к портьере, чтобы раздвинуть ее руками.

В образовавшуюся щель он заметил человека, сидящего за рулем черного «кадиллака», припаркованного на стоянке мотеля. Смит опустил портьеру и начал наблюдать за машиной. Минут через пятнадцать он убедился, что человек ждал его, Смита. Он проявлял интерес только к машине Смита и его комнате и при этом все время что то вертел в руках, по всей видимости пистолет.

Смит отошел в глубину комнаты и поднял трубку телефона.

Когда служащий мотеля поднял трубку, Смит сказал:

– Это мистер Финлейсон из 116 го номера. Кто нибудь спрашивал меня сегодня?

Служащий ответил «нет», но небольшая пауза перед этим «нет» убедила Смита в том, что им кто то интересовался. Машина. Они выследили его машину.

– Прекрасно, – сказал Смит в трубку. – Пришлите ко мне посыльного за бельем. Немедленно. Да, конечно, ко мне в номер. Я остаюсь еще на один день. Спасибо.

Смит положил трубку и поднес правую руку ко лбу. Его прошиб холодный пот. Такого он не мог припомнить с последних дней войны, когда его схватили нацисты, располагавшие нелепыми данными о том, что он связан с американским УСС, пока он – честный бизнесмен – не сумел их убедить, что это недоразумение.

Смит вернулся к окну и продолжил наблюдение за «кадиллаком» и его владельцем, чтобы удостовериться, что тот ни с кем ни о чем не разговаривает. Мужчина по прежнему сидел за рулем автомобиля; через минуту в дверь постучали.

– Кто там? – спросил Смит.

– Посыльный, – послышался юношеский голос.

Смит медленно открыл дверь. Перед ним стоял мальчик лет пятнадцати, в джинсах и в белом свитере. Он прикатил с собой большую тележку для белья, которыми обычно пользуются в мотелях.

Смит немного подался в сторону, чтобы выйти из поля зрения человека, сидящего в «кадиллаке», оставил дверь открытой и сказал:

– Побыстрее закатывайте свою тележку в комнату.

Парень вошел, закатив за собой тележку. Смит быстро закрыл дверь.

Патси Мориарти, наблюдавший за всем происходящим сидя в «кадиллаке», пожал плечами и расслабился. Смена белья. Обычная процедура в мотелях.

Он решил еще подождать.

Смит открыл лежавший на кровати «дипломат» и повернулся к юноше. Вынув из «дипломата» двадцатидолларовую бумажку, доктор снова закрыл его и протянул деньги парнишке.

– Я хочу, чтобы вы оказали мне услугу за эти двадцать долларов, – сказал он. – Слушайте внимательно.

Смиту было не по себе оттого, что он вынужден был доверить свою жизнь незнакомому мальчику, но он был безоружен, и у него не было выбора, а в отчаянной ситуации необходимы отчаянные меры.

Мориарти продолжал наблюдать за дверью комнаты. «Что то мальчишка очень долго меняет белье,» – подумал он.

Дверь открылась, и появилась тележка. Мальчик толкал ее перед собой. Выйдя из номера, он повернулся и сказал:

– Спасибо, мистер Финлейсон, – затем закрыл дверь и покатил тележку в противоположную от офиса сторону, в другой конец длинного одноэтажного здания мотеля.

Быстрый переход