— Ты уверен?

— А разве ты не видишь ответа в моей голове?

Октер пристально посмотрел на меня. Словно у него в глазах был встроен рентген, и сейчас он изучал каждую клеточку моего мозга.

— Хочешь сказать, — он замялся, — что и ядерная война, и судный день — это работа тех, кто сверху?

— Да. И есть очень большая проблема.

— Какая?

— Никто не знает, как их убить. Ни бомбы, ни пули их не берут. И скоро они заполонят всю Землю.

— Как скоро?

— Ну, давай подумаем. Сколько космическим капсулам надо, чтоб спуститься? День? Пару часов?

Вместо ответа Октер куда-то убежал, но через пять минут вернулся со старейшиной этого племени.

И этому мужику мне долго пришлось объяснять, что такое космический корабль, ведь он уже не мог залезть ко мне в голову. И хорошо, поскольку больше одного человека я там не потерплю.

— Мы не ожидали, что всё так серьёзно, — выдал старейшина после наших объяснений.

— Что будете делать, когда они придут к вам? — спросил я.

Но старейшина будто не услышал моего вопроса.

— Надо созвать совет племён. Октер, отправь им ментальные призывы. Пусть поторопятся, дело срочное.

Октер кивнул, а я возмутился:

— А как же метеорит? Мне нужно забрать его и передать в исследовательский бункер. Разве не это наша первостепенная задача?

— Метеорит никуда не денется, — со сталью в голосе произнёс старейшина. — А наших надо предупредить.

— Зачем, если без метеорита мы все обречены?

Я жутко разозлился. Неужели этот старик не может правильно расставить приоритеты?

— Мор, умерь свой пыл, — спокойно попросил Октер. — Ну, получишь ты метеорит, и что?

— Как что? Отвезу в бункер, а там уже Степанов разберётся, как закинуть его в прошлое.

— Ты многого не учёл.

По взгляду Октера я догадывался, что он передаёт мне мысли старейшины.

— Например? — спросил я.

— Ты не донесёшь метеорит до центра, пока он в осаде. Если крошечный осколок стал настолько лакомым кусочком, что ты остался жив, то представь, что будет с целым метеоритамом.

Я пожал плечами и предположил:

— Эти твари разом на меня набросятся а, возможно, за несколько километров почувствуют излучение.

— Именно. Только вот не одни они почувствуют мощь метеора. Ты соберёшь всех тварей на километры вокруг. И даже с помощью нашего племени, тебе не хватит сил отбиться.

— Ясно. И что тогда делать?

— Это мы и обсудим на совете. Ты, как достигший красного уровня силы, имеешь право присоединиться к нашему племени и взять слово.

Я лишь сморщился от такого предложения. Не хотелось мне присоединяться к аборигенам.

Октер услышал мои мысли и продолжил:

— Мор, мы все одиночки. Каждого из нас выгнали из своего города за красные глаза. Но мы сохранили разум. Сам посмотри вокруг.

И в самом деле. В племени, которое состояло всего из сорока человек, не было детей. Не было семей.

— Я понял. Почту за честь присоединиться к вам, — выдал я через силу.

Октер понял меня и улыбнулся уголком рта. Старейшине он не сказал о моих реальных эмоциях, и мужчина кивнул, принимая мой ответ.

— Это ещё не всё, — продолжил Октер.

— Ну давай, лупи правду-матку, чтоб у меня совсем надежды не осталось, — буркнул я.

— Надежда есть всегда, — хриплым голосом произнёс старейшина.

— Мор, ты так грезишь спасением мира, и нам понятно почему.