|
Яна захихикала. А Олег Адольфович ответил:
— Есть в ваших словах доля истины, есть. Не отнять. После драки Витольд стремительно меня покинул. Я, честно, хотел его догнать.
— Чтобы добить?
— Нет, что вы! Чтобы помириться! Но меня очень быстро сморил сон, и я отрубился. Это, надеюсь, не преступление? Знаю, что нет. А вот уже потом Витольд позвонил мне из отделения полиции. Я не разглядел в своем питерском друге такой темперамент! Он идет напролом, словно танк, и если в чем-то уверен, то его ни за что не переубедить! Он незаконным образом проник в больницу, переоделся там в медицинский костюм, поэтому долго оставался незамеченным.
— Олег, надеюсь, он не вскрыл Ричарда, чтобы что-то доказать? — испугалась Яна.
— Почти… Нет-нет, не вскрыл, конечно, но взломал кабинет, где хранилась медкарта, а затем размотал Ричарда и осмотрел его.
— Что значит «размотал»? — тут же напрягся Мартин.
— В смысле бинтов, для осмотра повреждений. Он жив, не волнуйтесь, ему даже лучше.
— Ричард пришел в себя? — спросила Яна.
— Нет еще. Затем Витольд приехал на стоянку, куда после аварии отбуксировали искореженный автомобиль Ричарда, подкупил охранника и проник в машину.
— Он еще и туда успел? — удивилась Цветкова.
— Я же говорю, Витольда не остановить. Там его и задержала полиция. Сейчас он в отделении. Витольд мне позвонил, я смог с ним поговорить.
— О чем, если не секрет? Просто сгораю от любопытства, — сказал Мартин.
— Витольд отметил, что травмы Ричард не мог получить в автомобиле. Его покалечили в другом месте, порезали, а затем усадили в разбитый автомобиль. Это не несчастный случай, это запланированное убийство.
Яна с Мартином в очередной раз переглянулись.
— Скажи, Олег, ты же все-таки медицинский работник, причем, специалист от бога. Тебе на секунду не показалось, что Витольд того? Скажем, слегка одержим? — спросила Яна.
— Я понял, о чем ты спрашиваешь. Я, конечно, больше специалист по анатомии, чем по умственной деятельности человека…
— Ты во многих областях специалист, — подбодрила его Яна.
— Спасибо за доверие. Нет, я не считаю Витольда сумасшедшим. Я считаю, что он гений. Как все гении, он может казаться несколько странным, но не более. Если уж ко всем так придираться, то и тебя, Цветкова, можно считать «того».
— Ты считаешь, что Витольд в своих расследованиях прав? Кто-то пытался убить Ричарда Тимуровича и выдать это за несчастный случай? — спросил Мартин.
— Я уверен в этом. Но сейчас надо попросить Виталия поднять свои связи и помочь Витольду, — попросил Олег.
— Мы сделаем это, — пообещала Яна, глядя, как к их столику приближается ненавистная ей женщина по имени Василиса, кондитер и шеф-повар этого ресторана.
Когда-то эту даму связывали с Мартином интимные отношения, она потеряла ребенка во время беременности и очень тяжело пережила этот момент.
Яну просто затрясло от ненависти, она видеть не могла эту красотку, у которой хватило наглости нарушить ее тет-а-тет с Мартином. Василиса держала в руках поднос, где на белых тарелочках с кружевным краем лежали два пирожных с малиновой глазурью и золотой сеткой из карамели.
— Здравствуйте. Я, как шеф-кондитер, решила преподнести вам свой десерт. Знаю, что Мартину Романовичу мои пирожные очень нравятся, — сказала Василиса.
— Спасибо, — сухо поблагодарила Яна, едва сдерживаясь, чтобы не съязвить.
Василиса поставила тарелки с пирожными на стол. |