– Нет, я ищу Яру. Мне сказали, что вы можете помочь.

Энун приподнял брови:

– Яру?

– Судя по тону вашего голоса, вы ее знаете.

– Да, она из тех людей, которым принадлежит этот рынок.

Ларкин вздрогнул всем телом. Яра была одной из Темных? Этого Хранитель не ожидал, однако, услышав новость, совсем не удивился. Часто именно Темные дергали за ниточки на заднем плане в тех случаях, когда в этой стране случались убийства, грабежи и тому подобные происшествия. Они расползались по всей стране не хуже, чем оспа.

– И где мне найти Яру?

– Пойдемте со мной, – произнес оружейник, жестом указывая Ларкину следовать за ним. Они покинули «Клинки для победителей» и смешались с безмятежной суетой рынка. Сегодня здесь присутствовало необычно много фейри. Не так много, чтобы их можно было увидеть на каждом углу, но четырех или пятерых Ларкин уже заметил. Вместе с Энуном он прошел мимо очередных двоих жителей Мелидриана, и слух Хранителя уловил обрывки разговора.

– Думаю, это ошибка.

– Ошибкой было бы ничего не предпринимать. Наши народы сильны как никогда.

– В войне, что была тысячу лет назад, объединение народов так ни к чему и не привело.

– Но в то время существовали два королевских дома, которые не доверяли друг другу. А Олдрен и Валеска…

Ларкин был уже слишком далеко, чтобы расслышать остальное. Он еще раз оглянулся на двух Неблагих фейри. Те казались задумчивыми и какими то озабоченными. Что то в их разговоре Хранителю не понравилось. Он не мог сказать, что именно, но прежде чем разбираться с этим, Ларкину нужно было поговорить с Ярой. Он слишком долго искал эту женщину, чтобы сейчас отвлекаться на болтовню двух фейри.

– Мы на месте, – сообщил Энун, останавливаясь перед черной палаткой. Перед ней застыл мрачного вида парень с оружием на поясе, какого Ларкин никогда прежде не видел. Оно представляло собой тонкую трость длиной с предплечье, к которой была прикреплена ручка. У оружия не было ни лезвия, ни острия, поэтому с первого взгляда Хранителю было неясно, как оно работает. Должно быть, это было новое оружие Темных, скорее всего контрабандой ввезенное из за границы. Когда Энун и Ларкин остановились перед стражником, тот опустил на свое странное оружие руку.

– Этот человек пришел поговорить с Ярой, – сказал Энун охраннику.

– Яра сейчас…

– Пусть войдет! – донесся из палатки женский голос, обрывая стражника на полуслове. Ларкин нахмурился. Ткань, что занавешивала проход в палатку, приглушала звуки, но голос все равно показался ему знакомым. Хранитель поблагодарил Энуна и, миновав угрюмого охранника, скользнул в палатку.

В палатке витал приятный аромат свечей и жженых трав. Один угол занимали кровать и платяной шкаф, другой – большой деревянный стеллаж, заполненный ценными коллекционными предметами. Между ними находился стол, за которым сидела женщина, которая встретила Хранителя озорной ухмылкой.

– Это что, такая шутка? – спросил Ларкин. На ней была та же одежда, что и накануне вечером в таверне, только рыжие волосы заплетены в косу. На столе перед женщиной лежало множество развернутых свитков и планов, а за спиной висела мешанина из мечей, которые выглядели не как оружие, а как украшение. – Ты и есть Яра?

– Да, это я.

– Почему же ты мне этого не сказала?

– Мне не хотелось разговаривать в таверне. У тамошних стен есть уши.

– Как ты узнала, что я тебя ищу?

– Хозяйка сказала, – ответила Яра, отодвинув несколько бумаг, чтобы водрузить на стол ноги. – Моя работа такова, что люди ищут меня часто. И часто бывает так, что я не хочу, чтобы те, кто меня ищет, достигли успеха в своих поисках. Хозяйке в Аскане платят за то, чтобы она не говорила о нас и ничего не рассказывала, когда кто то станет расспрашивать о нас.