|
И опять, проезжая мимо королевской ложи, останавливаюсь и приветствую его величество. Сцена повторяется. На этот раз король Рене смотрит на меня уже не озадаченно, а скорее заинтересованно. Следующий мой бой должен состояться часа через три, уже после обеда. Отдаю шлем и щит Симону, моему оруженосцу, и еду в харчевню «Семь Осетров». Там я должен встретиться с Андреем, или Урганом. Мне подают обед и кувшин вина. После двух поединков у меня разыгрался аппетит. Не обращая внимания на громкие перешептывания: «Сэр Хэнк! Тот самый? Золотой Меч! Неужели это он?», я выпиваю кубок вина и принимаюсь за похлебку (что-то вроде солянки). Ем и жду Ургана. Он с утра должен был встретиться со старым Локом и переговорить с ним. Когда я осушил второй кубок и принялся за половинку жареного барашка, в харчевню вошел Урган. Он не сразу подходит ко мне, а направляется к стойке и громко требует кувшин самого лучшего вина. — Доблестный сэр Хэнк! Прими от меня кубок этого вина, в знак преклонения перед твоей доблестью и мужеством! Я принимаю вино и приглашаю Ургана за свой стол. Андрей поступил правильно. Урган никогда не смог бы запросто подсесть к столу, за которым сидит рыцарь. Но даже последний землепашец может угостить вином короля, и тот после этого просто не может отказать ему в месте за своим столом. — И себе не забудь налить, храбрый Урган. Мы выпиваем вино, которое действительно оказывается неплохим. — Ты обедал? — Даже еще и не завтракал. Я пододвигаю Ургану блюдо с бараниной. Тот отрезает приличный кусок мяса и принимается с аппетитом жевать. — Ты встретился с Локом? — тихо спрашиваю я. Урган кивает, прожевывает кусок, запивает его вином и говорит: — Он согласен помочь нам, но хотел бы сначала встретиться с тобой. — Когда? — Да хоть сейчас. Его лавка в пяти минутах ходьбы. — Тогда ешь и пойдем. Помогаю Ургану расправиться с бараниной и вином, и мы выходим на улицу. У коновязи играют мальчишки. Я подзываю одного из них: — Знаешь меня? — Кто же не знает сэра Хэнка! — отвечает мальчишка, с восхищением глядя на золотую с рубинами рукоятку Меча. Я протягиваю ему серебряную монету. — Возьми моего гнедого, отведи к моему шатру и сдай Симону, моему оруженосцу. Скажешь ему, что я буду через час. Мальчишка бросается исполнять поручение. Он лопается от гордости, что именно ему поручил отвести своего коня сам рыцарь Хэнк. А мы с Урганом идем по улице. Прохожие почтительно кланяются мне. Я же, как и положено благородному рыцарю, отвечаю на поклоны только дамам и священникам. За спиной слышится шепот: «Сэр Хэнк! Тот самый? Золотой Меч! Вон он, висит на поясе! Синий Лес! Оборотни!» — Как тебе, не тяжело носить бремя славы? — шепотом спрашивает Андрей. — Издеваешься? Далеко еще? — Уже пришли. Мы стоим перед входом в маленькую лавку. Чтобы войти в нее, приходится низко пригнуться. — Мир дому сему! — говорю я, входя. После яркого солнца в полумраке лавки невозможно ничего разглядеть. — Здравствуй, здравствуй, доблестный сэр Хэнк! Я знал, что ты непременно посетишь меня, и ждал тебя. Мои глаза, наконец, привыкают к полумраку, и я могу разглядеть старого Лока. |
