— Хм… Все-таки мне кажется, что будешь плакать… — начал перечислять я, — или кривиться от боли… а может, обоссышься и будешь лежать парализованным.

— Ах ты, скотина! — заорал Жерар, хватая меня за шиворот и таща в сторону цепи. — Сам напросился! Никто тебя за язык не тянул, верно⁈

Лея зашевелилась в пространственном убежище.

«Все таки предлагаю его попробовать приручить, — ответила она. — Мне ведь надо на ком-то тренироваться».

«Ты уверена?»

«Я могу видеть способности живых организмов, — объяснила Лея. — В общем, этот высер буруна слабенький маг. Использует больше физическую силу. Надо пробовать».

«Давай, действуй».

Паучиха вылетела из кармана, словно стрела сорвалась с тетивы, и с удовольствием вгрызлась в запястье Жерара, где болтался на шнурке какой-то защитный амулет.

— Ах ты ж!.. — вскрикнул дознаватель, отдергивая руку и стряхивая невидимую Лею, которая уже юркнула обратно в пространственный карман.

Но концентрация токсина была настолько сильной, что Жерар больше ничего не успел сказать. Он как-то грустно посмотрел на меня пустым взглядом и сел обратно за стол.

— Привет извергам! — крикнул я, проверяя его состояние.

— Привет… — бесцветно ответил Жерар, опустив глаза в стол.

«Лея, он будет помнить нашу встречу?» — на всякий случай уточнил я у питомицы.

«А вот ни хрена! Я такую концентрацию ему выдала, что он все позабудет напрочь… и даже что было сегодня утром. Видишь? Действует!».

«Да ты просто умница!»

В ответ мяукнул Пал Палыч.

«И ты тоже красавчик», — усмехнулся я про себя. Тоже мне ревнивец нашелся.

«А яд перестанет действовать примерно через десять минут», — добавила Лея.

— Надо спешить, — вскочил я на ноги и подбежал к Раисе Павловне. — Ну как вы, все хорошо?

— Бывало и лучше, но тоже ничего, — бабка закряхтела, поднимаясь со стула. Затем ударила ногой по артефакту. — Получай, выродок!

Внутри магической штуковины что-то хрустнуло, и сияние потухло.

— Пытать они меня решили, — бабку понесло. — Я их сама скоро всех запытаю так, что выть волками будут от боли!!! Так… всё, я успокоилась. Теперь надо выбираться.

— Жерар, отдай распоряжение, чтобы нас вывели из Обители, — обратился я к дознавателю, скучающему за столом. — Запоминай… Они ни в чем не виноваты. Мы ошиблись.

— Они ни в чем не виноваты. Мы ошиблись… — уныло ответил Жерар.

— Только громче, будто прикрикиваешь на своих подчиненных! — приказал я.

— Они ни в чем не виноваты! — заскрежетал зубами Жерар. — Мы ошиблись!

— Вот! Отлично, — усмехнулся я. — Теперь вызывай.

Через пару минут у входа в пыточную мялись Люциус и два знакомых мне мордоворота.

— Вызывали? — спросил Люциус, побледнев, когда Жерар перевел на него яростный взгляд.

— Они ни в чем не виноваты! — закричал Жерар.

— Понятно. Исправим… — Люциус махнул мордоворотам и пригласил нас на выход.

— МЫ ОШИБЛИСЬ! — загрохотал Жерар и схватил в руки стул, ломая его об колено.

Люциус вжался в стену, замотал головой, как болванчик:

— Понял, как же не понять-то… Все ошибаются. А… как же с протоколом, который вы хотели составлять?.. Куда его теперь?

— В жопу себе засунь… — прошептал я на ухо дознавателю и тот, густо покраснев, затряс кулаками:

— В ЖОПУ СЕБЕ ЗАСУНЬ!!!

— Понял, — побледнел Люциус, и нас быстренько вывели из пыточной.