— Ты уверена?

— Абсолютно. А ты?

— Я сразу понял, что ты моя женщина, сердце подсказало мне это. Ты нужна мне, и я не хочу терять тебя ни за что на свете. Я страстно желаю, чтобы мы любили друг друга, как муж и жена, это мое самое заветное желание. И не будем забывать о наших будущих детях. Ты любишь детей, Оливия?

— Я их совсем не знала, пока не оказалась здесь. Теперь могу сказать, что да, люблю. Твои племянники очаровательны. Хочется думать, я им тоже понравилась.

— Эрмина говорит, они считают тебя ангелом.

— Ты обсуждал меня с ней?

— Конечно. Я хотел узнать, как тебе здесь живется. Мне важно, чтобы тебе здесь понравилось, особенно если ты собираешься остаться жить со мной в качестве моей жены.

— Жены… — повторила Оливия и вздохнула. — Я совсем не ощущаю себя твоей женой.

— Очень скоро ощутишь, любовь моя. — Деннис нежно улыбнулся. — Совсем скоро.

— Но мы ведь не муж и жена в полном смысле этого слова.

— Ты же знаешь почему. Однако теперь все изменится, пора забыть о прошлом и жить будущим — общим будущим.

— Значит, мой господин собирается ввести меня в свой дом? — насмешливо спросила Оливия.

— Да, но не сейчас. Пока тебе следует оставаться здесь.

Оливия была разочарована, она ожидала услышать совсем иное.

— Может, довольно скрываться от людей и объявить во всеуслышание, что мы муж и жена?

Лицо Денниса вдруг стало серьезным.

— Не сейчас. Я прошу тебя потерпеть еще немного.

— Скажи, ты не жалеешь о том, что только что предложил мне? — спросила Оливия.

— Нисколько. Я просто не хочу до поры до времени доставлять неудобства определенным людям.

— Каким людям, Деннис?

Последовала мучительная пауза. Деннис в который раз подумал о неизбежном: как только Тереза обо всем узнает, ее гнев будет страшен и она наверняка станет мстить. Больше всего Деннис опасался, что она тут же выйдет замуж за итальянского графа, и тогда ему не видать Кэтти. Но Тереза все равно должна все знать, решил Деннис, и я постараюсь ей все объяснить при первой же возможности.

Только теперь Оливия по-настоящему поняла, что совсем не знает человека, за которого вышла замуж. Ее охватила ревность.

— Деннис, что мешает тебе объявить, что мы муж и жена? — настойчиво спросила она.

— Я очень хочу этого, но, увы, не могу. Сейчас не могу. Потерпи немного, Оливия. Я же сказал тебе, что эта новость может навредить очень дорогому мне человеку.

Оливию поразила горечь, с которой Деннис произнес последние слова, но рассудила, что ничего другого, как верить и ждать, ей не остается: придет время, и она узнает все его секреты. А пока надо набраться терпения.

Деннис взглянул на собачью семью: шестеро щенков умиротворенно сосали свою мать. Он тепло улыбнулся и подмигнул Оливии.

— Как насчет шестерых?

— Что? — не поняла она.

— Шестерых детей. Смотри, как гордится ими наша колли.

Оливия зарделась.

— И я буду гордиться своими детьми, только пусть они рождаются не все сразу.

— Выдвигаю одно условие.

— Какое же?

— Чтобы все походили на тебя.

— Ничего не имею против.

Деннис помог Оливии подняться на ноги и снова заключил ее в объятия. В его глазах горело желание, губы были горячими. Наконец он отстранился и с трудом перевел дыхание.

— Здесь появились зрители, — заметил Деннис.

Оливия обернулась: в дверь сарая просунули веселые мордашки племянники Денниса.