Но на завтра им предстояла более спешная работа, продолжавшаяся несколько дней.

Да они и сами не спешили приниматься за укрепление, находя, что вполне достаточно нескольких часов для того, чтобы приготовиться и отразить неприятеля, как бы ни был он многочислен и силен.

Охотник, очень довольный этим мнением, старался поддержать его, доказывая удобства места, многочисленность и смелость войска. Крайне ленивые краснокожие, не переносившие утомительного труда и не понимавшие, каким образом могут бледнолицые работать из-за жалованья, когда можно ничего не делать, великолепно спать на солнце, спрятав одну голову в тень, были рады избавиться от работы.

Стремление и способность к труду служит мерилом умственного развития.

Однажды утром Нигамон подошел к охотнику.

— Моя молодежь отдохнула.

— Они хотят за границу? Да?

— Да, они знают, что французы богаты.

— Отлично, когда же вождю угодно отправиться? Завтра?

— Завтра? Не скоро ли это?

— Почему? Я всегда готов, от меня задержки не может быть.

— Мой брат знает и понимает все.

— Так завтра?

— Да.

— Великолепно! Я пойду предупредить моих охотников, оставленных в лесу, они нам будут нужны в экспедиции.

— Брат мой вернется поздно?

— Очень может быть, я не знаю сам, где они теперь находятся, мне, по всей вероятности, придется искать их, а на это нужно время; во всяком случае, я постараюсь вернуться как можно скорее.

— Отлично, брат мой приведет своих друзей, я буду им так же рад, как и первым, которые пришли с ним раньше.

— Благодарю, вождь, я сейчас же отправлюсь и оставлю вам своих друзей, мне никого не нужно, я пойду один, только попрошу, вождь, оказать мне небольшую услугу.

— Что желает охотник?

— Мои друзья честные и смелые охотники, но они любят сильно водку.

— Водка — великое лекарство! — воскликнул вождь, глаза которого при слове «водка» заблестели.

— Может быть, вождь, но я боюсь, что мои друзья злоупотребляют ею.

— Мой брат имеет водку?

— Да, у меня есть маленький бочонок коньяку, бутылок в 50, который я очень берегу, потому что не знаю, когда успеется возобновить запас.

— Что же хочет брат мой? — полюбопытствовал вождь.

— Я хочу просить вас спрятать у себя этот бочонок до моего возвращения, я боюсь его оставлять друзьям — они выпьют; отдав его вам, я совершенно спокоен.

Глаза вождя сверкнули молнией.

— Вождь сбережет, — сказал он.

— Вы обещаете, вождь?

— Нигамон обещает.

— В таком случае я принесу бочонок.

— Отлично, что брат мой принесет водку.

Через несколько минут бочонок был в руках Нигамона.

— Теперь я уезжаю и вернусь, как только будет возможно.

— О, я не тороплю брата, он может не спешить.

— Благодарю, до свидания, вождь!

— До свидания, мой брат пусть не спешит. Охотник вышел и уехал из лагеря.

Уезжая, он смеялся про себя над простотой Нигамона.

— Ручаюсь головой, что через час все эти плуты перепьются; моя водка окажет большую услугу в задуманном нами.

Не было никакого сомнения, что тотчас же после отъезда охотника вверенная Нигамону водка вся будет выпита ирокезами, которые, напившись вместе с вождем, не замедлят поссориться, а затем и подраться.

Охотник, в котором читатель, конечно, узнал Мрачный Взгляд, именно на это рассчитывал, хорошо зная страсть индейцев к вину.