— До свидания! — крикнула ему Марта, порхнула как птичка и заперлась в своей спальне.

— Едем! — сказал Мрачный Взгляд.

— Хорошо, — отвечал он печально.

— Будьте мужчиной, — возразил охотник, — ваше чувство святое, вы будете счастливы, ваша любовь вызывает улыбку у самих ангелов.

— Она так добра и так прекрасна! — пробормотал Шарль Лебо.

— Да, и вы стоите ее любви, ну, едем?

— Да, — сказал Шарль, точно просыпаясь ото сна, — я был так счастлив с ней. Едем!

Он быстрыми шагами вышел из комнаты, как будто желая вырваться из этой атмосферы, опьянявшей его своими нежными испарениями.

Охотники приказали доложить о себе генералу.

— Вы уезжаете, господа? — спросил он.

— Да, генерал, — отвечал Сурикэ, — важные дела, не терпящие отлагательства, требуют нашего присутствия в Квебеке.

— Через несколько дней и я там буду, кругом полное разложение, отечество погибает, нам остается только похоронить себя под развалинами нашей прекрасной колонии.

— Как, генерал, — сказал Шарль с волнением, — вы отчаиваетесь после блестящей победы при Карильоне?

Генерал с горечью улыбнулся.

— В то время как я побеждал и обращал в бегство англичан, они овладели Луисбургом и отняли у нас море, сообщение с Луизианой отрезано; мы пленники в своей собственной колонии, вот в каком положении дела; англичане теснят нас со всех сторон, они располагают шестьюдесятью тысячами войска, мы же можем выставить не более шести тысяч для своей обороны.

— Но в таком случае все погибло! — с отчаянием вскричал Шарль Лебо.

— Почти; изменники достигли своей цели, но я им не доставлю возможности порадоваться капитуляции своих соотечественников, я буду защищаться, мы падем, но после того как встретим врага лицом к лицу.

— Вся Канада встанет на свою защиту.

— Надеюсь! Все, что мы можем — это бороться до последнего издыхания и заставить неприятеля купить дорогой ценой наше поражение. Я рассчитываю на вас и всех ваших друзей, господа.

— Мы будем при вас до последнего выстрела, генерал.

— Знаю и благодарю вас, господа. О! Эти негодяи — Биго и граф де Витре!

— Что касается графа де Витре, — сказал с мрачной энергией Сурикэ, — то предоставьте его нам.

— Хорошо, поручаю его вам, никогда еще не совершалось более постыдной измены.

— Получили вы какие-нибудь известия, генерал?

— Да, и ужасные; судите сами, у меня от вас нет тайн, к тому же скоро и все о них узнают. Граф Рене, Денис де Витре, один из знатнейших французских аристократов, капитан морской службы, командир фрегата «Слава», лучшего судна во всей эскадре, был атакован англичанами; после весьма вялой обороны он позволил неприятелю овладеть фрегатом, тогда как его обязанность было взорвать его на воздух.

— И он сдался?

— Да, как трус; английское судно, атаковавшее «Славу», было гораздо меньше и слабее; это настолько верно, что когда англичане отправятся вверх по реке, чтобы атаковать Квебек и Монреаль, знаете ли, какое судно будет во главе? Фрегат графа Рене, Дениса де Витре.

— Французский дворянин, осыпанный королевскими милостями! Какая низость! — воскликнул Мрачный Взгляд.

— Мы берем на себя обязанность наказать его, генерал; мы уже это обещали и исполним наше обещание.

— Теперь это трудно, если не невозможно; он будет соблюдать осторожность.