Нас отвели в умывальню, а после служанка с самым недовольным на свете лицом выдала взамен грязной одежды унылые одинаковые балахоны со знаком бесконечности на груди. Магнусу протянула что-то вроде миниатюрной попоны.

— Я не надену эту арестантскую робу! — вспылил паук.

— Чтобы прикрыть это, — хмыкнула она и ткнула в сердечко на спинке.

— Магнус, пожалуйста, потерпи, скоро все закончится.

Паук бросил сердитый взгляд на служанку и брезгливо подцепил накидку.

— Только ради тебя, Оливия.

— Вы уже готовы! Чудно-чудно. — В зал вошел Глюттон Медоречивый, постукивая тросточкой, и кивком отпустил служанку. — Ступай, Сюзетта.

Та сделала книксен и, одарив покровителя факультета магической дипломатии полным обожания взглядом, послушно исчезла за дверью. И почему у гнусных негодяев так здорово получается охмурять дев?

— Ну-с, отличный день для переворота, не правда ли?

Шутку встретили мрачным молчанием, но принца это ничуть не смутило. Он прямо-таки лучился предвкушением.

— Послушайте, мы согласились сотрудничать, а не стать лучшими друзьями, — буркнул Озриэль.

— Просто покончим с этим, и все, — поддержала мадам.

— Друзьями? — приподнял брови Глюттон Медоречивый. — Что вы, и в мыслях не было. Мои друзья долго не живут, а вы ведь этого не хотите, верно? К тому же враги куда практичнее и полезнее друзей: они скажут правду в лицо, не боясь обидеть и задеть чувства. Я лишь желал убедиться, что наш уговор в силе, Оливия. — Он повернулся ко мне, и улыбка из показушно-беззаботной стала неприятной в своей многозначительности.

— Если я дала слово, то не нарушу его.

Принц с минуту удерживал мой взгляд, а потом улыбнулся еще шире.

— Отлично! Я вам верю. Но так, на всякий случай: не удивляйтесь, если увидите на площади здоровяка в красном колпаке и с секирой. Говорят, по округе бродят заговорщики в лице гномки, полувеликанши, ифрита, гоблинши и языкастого паука. Они сбежали из-под стражи, при обнаружении велено казнить на месте. Приказ действителен всю первую половину дня.

— Что? — опешила мадам Гортензия.

— У меня жвала! — окрысился Магнус.

— А я-то в их компании как оказалась? — проворчала Уинни.

— Никакие мы не заговорщики! — возмутилась Эмилия.

— Разумеется, нет, — подмигнул Глюттон Медоречивый. — Ведь с теми есть еще принцесса, переменчивая в своих решениях.

— Если вы закончили угрожать, может, уже приступим к делу? — холодно осведомилась я.

Принц с готовностью кивнул и трижды постучал о пол тросточкой. В зал вошел давешний голем. Я сделала движение в сторону двери.

— О, нет-нет, — предостерегающе поцокал Глюттон Медоречивый, — боюсь о парадной лестнице придется на время забыть, принцесса. Вам сюда. — Он сдвинул статуэтку в виде русалки, венчавшую декоративную колонну, кирпичики стены расползлись разворошенным пазлом, открыв тайный проход. — Встретимся на площади, — подмигнул принц и, коротко поклонившись, вышел за дверь.

— Вот ведь прыщ манерный, — высказалась Уинни.

Стражник молча толкнул ее в чернеющий проем и так же бесцеремонно запихнул туда остальных.

Путь до площади по подземным переходам занял примерно столько же времени, как если бы мы добирались наземным способом.