Губы великана были плотно сжаты, лицо суровое. На вытянутых руках он нес розовую шелковую подушечку с хрустальной жабой, грозно оглядывая толпу и бросая молчаливый вызов тому, кто решится ее отнять. Лишняя предосторожность. Смертников не нашлось.

— Что еще за… — начал Марсий, но внезапно умолк и вскочил на ноги. — Не может быть!

Изумление короля разделяли и остальные. На лицах начало проступать понимание, со всех сторон заахали, заохали, запричитали, какая-то впечатлительная горожанка в рогатом чепце лишилась чувств (стоявший рядом супруг тоже таращился на жабу, поэтому подхватить не успел).

— Хрустальная жаба!

— Вещая!

— Предсказательница…

— Она мне подмигнула! Ей-богу подмигнула!

— Идиот, она спит.

Все взгляды вперились в виновницу торжества. А та под стать моменту сияла и переливалась в лучах солнца, и искорки плясали на гранях. Хорошо, что ее вверили таким сильным и надежным рукам — не всякие выдержали бы значимость момента.

Значит, мадам, Лилит не нашла способа изъять документ у жабы и будет демонстрировать его прямо так.

Тут доселе неподвижный голем ожил, глаза загорелись синими сапфирами. Он подошел ко мне, схватил за локоть и потащил к выходу.

— Эй, оставь ее! — крикнул Озриэль, забыв об осторожности, и кинулся на выручку.

Удар в челюсть голема не впечатлил, а вот костяшкам ифрита здорово досталось.

К счастью, из-за всеобщего гвалта и волнения снаружи, стычка осталась незамеченной.

— Все в порядке, Озриэль, — торопливо зашептала я. — Просто мне пора наружу.

Друзья поспешили к нам.

— Мы мысленно с тобой, Ливи! — воскликнула мадам Гортензия.

— Эй, принцесса, на случай, если лопнешь, хочу, чтобы ты знала: не такая уж ты принцессочка набитая.

— Думай, что говоришь, ты не у себя в таверне! — сердито осадила гоблиншу Эмилия и мягко добавила: — Все будет в порядке, Ливи.

Магнус попытался что-то сказать, но никак не мог справиться с волнением. Паука била крупная дрожь. Наконец он выдавил:

— Держи осанку, Оливия.

Озриэль до последнего не выпускал мою руку из своей:

— Будь осторожна, Ливи, пожалуйста, только будь осторожна! Если ты не хочешь этого делать, скажи прямо сейчас. — Он заглянул мне в глаза. — Пожалуйста, откажись.

— Ты же меня знаешь, — подмигнула я, хотя на душе скребли кошки, — осторожность мое второе имя.

И голем выволок меня наружу, захлопнув дверь.

ГЛАВА 12

План спотыкается

Яркий дневной свет брызнул в глаза. Я прикрыла их рукой, щурясь, не в силах перестать моргать. Большинство продолжали зачарованно разглядывать жабу, которую Эол Свирепый уже доставил на помост, но были и те, кто заметил меня. Они принялись подталкивать в бок соседей. В толпе зашептались, народ разрывался между мной и жабой.

— Это же та самая принцесса!

— Сдурел? Ту сожрал дракон.

— А я тебе говорю: она…

Мой выход получился эффектным. Во многом благодаря стараниям Мадония Лунного, который принялся наигрывать нечто среднее между сонатой и военным маршем.

Голем потянул меня вверх по ступеням на помост, не обращая внимания на попытки идти самостоятельно. Бороться было бесполезно: истукан исполнял заложенный в него приказ.

В тот момент, когда я оказалась перед мадам Лилит, Глюттоном Медоречивым, всеми вельможами и прибывшими на праздник послами, не говоря о многотысячной площади, Марсий как раз склонился над жабой, внимательно рассматривая реликвию, но не решаясь дотронуться.