— Извини?

— Ты сказала, что, если бы могла, то поехала бы на побережье. Мне стало интересно, о каком береге ты думаешь.

— О южном побережье Дорсета.

Она представила себе «Уайтстоунс», и ее взгляд потеплел.

— На утесе стоит дом, а ступеньки ведут на пляж, покрытый мелкой галькой. — Она умиротворенно вздохнула. — Мне там очень нравится.

— Тогда едем.

В голосе Рейфа послышались странные нотки. Миранда повернулась и пристально посмотрела на него.

— Я думала, мы собирались осмотреть бальный зал.

— Так оно и есть. Мы позавтракаем с моей бабушкой, которая живет в Гэмпшире, но после поедем дальше и найдем твой пляж. — Он улыбнулся. — Вот видишь, у нас появился план.

— Ты не можешь говорить серьезно!

— Конечно, я говорю серьезно. Я всегда серьезен, — сказал Рейф. Но в его блестящих темно-синих глазах застыло насмешливое выражение.

— Мы едем в Гэмпшир? Завтракать?

— И смотреть бальный зал. Не забывай, это часть твоей работы, — беззаботно напомнил он.

— Но… разве в доме твоей бабушки есть бальный зал?

— Есть. Найтон-Парк — просторный особняк, который построил мой прапрадедушка, когда разбогател. Бабушка живет там с тех пор, как вышла замуж.

— Но я думала, что бал состоится в Лондоне.

— Это было бы идеально, но вряд ли мы найдем там подходящее место за столь короткий срок. А я не хочу ждать.

Да уж, Рейф явно не привык ждать. Он видимо считал, что может получить все, что захочет и когда захочет, подумала Миранда. Она вздохнула, подумав о том, что ее сестры чем-то на него похожи.

— Из-за чего такая спешка?

— Разве у тебя никогда не бывает так, что ты просыпаешься, тебе в голову приходит какая-нибудь идея и ты хочешь немедленно ее осуществить?

— Если это хорошая идея, то стоит подождать ради того, чтобы осуществить ее должным образом, — сказала Миранда, вновь подумав о «Уайтстоунс». — Не всегда можно просто щелкнуть пальцами и тут же получить именно то, что мы хотим, — нравоучительно добавила она.

— Нет, но если мы будем медлить, то рискуем вообще никогда не получить желаемое, — пожал плечами Рейф.

Следовало догадаться, что Миранда его не поймет. Похоже, она ни разу в жизни не поступала необдуманно. Интересно, что за побережье она выбрала.

— Может быть, ты и права. Возможно, нам стоит отложить бал до следующего года. Но если есть хоть малейший шанс провести его этим летом, я хочу, чтобы бал состоялся. Ты должна осмотреть бальный зал в Найтон-Парке и высказать свое мнение. В конце концов, это не так уж далеко от Лондона. Если ты решишь, что он не подойдет, ладно. Тогда мы устроим бал через год.

Они ехали по Парк-лейн. Справа от них виднелся Гайд-парк, на деревьях которого недавно появились зеленые листья. Зима была долгой и мрачной, весна долго не вступала в свои права, но зато теперь Лондон был залит ярким солнечным светом.

Откинувшись на спинку кожаного сиденья, Миранда закрыла глаза и улыбнулась.

Рейф искоса взглянул на свою спутницу и с трудом сдержал возглас восхищения. На прошлой неделе ему казалось, что у нее прямые каштановые волосы неяркого оттенка, но благодаря солнечному свету они стали золотисто-медными.

А потом она улыбнулась. Она улыбалась не ему, а от удовольствия, которое испытывала, но Рейф был потрясен. Как будто он поднял занавес, ожидая за ним увидеть некрасивую, заурядную девушку, а вместо нее обнаружил привлекательную, сладострастную женщину.

И почему он раньше не замечал, какие у нее сексуальные губы?

Кто бы мог подумать, что чопорная Миранда Фейрчайлд умеет так улыбаться! Если она так улыбается, потому что ей на лицо падает солнечный свет, то как бы она улыбалась от счастья? Если бы она была влюблена?

Как бы она выглядела в постели?

Рейф с трудом отогнал от себя непрошеную мысль.