За столом Джимми сидел между Эди и ее бабулей Джинни, пожилой южанкой, похожей на птицу. Она была одета в темно-синий с белым матросский костюм и соответствующие двухцветные туфли. Шапочка была прикреплена заколками к ее белокурым кудряшкам. Когда Джимми вошел, она сразу прислонила к стене свою трость с жемчужной рукояткой и взяла его под руку. Ему пришлось все время сопровождать бабулю — вместо того чтобы быть с Эди.

Быть с Эди? Но длительные отношения между ними обречены на неудачу. Либо он тихо уйдет, оставив ей приятные воспоминания, либо объявит, кто он на самом деле, и предоставит уйти Эди.

Она никогда не простит его. Его, который пал так низко. Он все еще хотел сделать снимок свадьбы Джулии. Черт бы побрал эту профессию! — внезапно подумал Джимми. Иногда ему очень не нравился парень, которым он стал.

До свадьбы оставалось девять дней. Все основные решения были давно приняты, остались мелочи. Джимми сопровождал Эди на Лонг-Айленд, когда надо было встречаться с подрядчиками и наблюдать за рабочими, украшающими поместье Дардена. Там он встретил Джулию, и это был самый странный момент в его жизни. Джимми много раз фотографировал Джулию Дарден, и ему казалось, будто он давно ее знает. Она обменялась с ним рукопожатием, и в ее больших карих глазах не отразилось ничего. Она не могла его узнать. Когда он ее фотографировал, то всегда был переодетым и выглядел то швейцаром, то таксистом, то бродягой.

— Кто готовил, — спросила Эди у мамы, — ты или папа?

— Папа готовил индейку, а я все остальное, — сияла Вив.

Джимми поднял голову, и его взгляд остановился на Марли. Она совершенно преобразилась с того времени, когда Джимми видел ее в «Рейтинге свиданий». Во время шоу она одевалась, как Эди, носила строгие костюмы, выпрямляла волосы феном, красила ногти и употребляла косметику. Но Джимми даже тогда отличал Эди от Марли, а теперь едва мог поверить, что они близнецы.

Лицо Марли было обрамлено каскадом локонов. Косметики не было и следа. Одета Марли была в удобный костюм с расклешенными брюками.

Но у всех сестер было нечто общее — они будто светились. Это от любви, подумал Джимми. Он снова взглянул на сестер. Марли одной рукой держала кусок пирога, а вторую обвила вокруг руки своего темноглазого и темноволосого жениха Кэша Шэмпейна. Эди смотрела на Джимми и улыбалась. Бриджит тоже выглядела счастливой. Казалось, целоваться с Дермоттом, ее женихом, ей интереснее, чем обедать. Когда же она вспоминала о еде, то отдавала почти все рыжему мопсу по имени Маг, который в начале обеда бегал вокруг ее стула, а теперь свернулся у камина.

Поймав взгляд Эди, Джимми понял, что она снова думает о свадьбе Джулии, и сжал ее колено под столом.

— Перестань беспокоиться, — уговаривал он. — От этого свадьба Джулии не станет лучше.

— Это точно, — пробормотала Эди. — Но я только что вспомнила, что мне надо заказать машину для музыкантов.

— Расслабься.

— Я пытаюсь.

Квартира Беннингов была очень подходящим для этого местом, думал он. Сет физически ощущал атмосферу любви, в которой выросли девочки. Его взгляд двинулся по каминной полке, уставленной семейными снимками, затем по книжным полкам, набитым много раз читанными книгами, затем по стенам, украшенным картинками, которые Эди и сестры рисовали, когда были детьми.