– Черт. Что у вас там творится? Я настаиваю, чтобы ты тоже заперлась в своем номере и никуда не выходила до нашего приезда.

Я промолчала.

– Ты слышишь меня?

– Слышу.

– И не послушаешь?

– Не послушаю, конечно. Ты же меня знаешь.

Кирьянов где-то далеко-далеко от меня устало вздохнул.

– У тебя хотя бы пушка с собой?

– Нет. Кто берет оружие на свадьбу?

– Я думал, ты берешь.

Кирьянов что-то сказал сотрудникам, отвернувшись от динамика. Мне показалось, я услышала на фоне звон трамвая на перекрестке. Похоже, плохо дело.

– Вы выехали? Пожалуйста, скажи, что уже выехали.

– Едем в порт, Тань. Но у меня плохие новости. Свободного транспорта нет. А ваш теплоход еще не вернулся обратно. Так что мы выдвинемся в «Рай» не сразу.

Я возмутилась:

– Здесь жуткие вещи творятся, а полиция даже не может на место преступления приехать? Может, использовать вертолет?

Кирьянов искренне расхохотался.

– Какой вертолет, Иванова? Из фильма «Миссия невыполнима»?

– Хотя бы из «Бриллиантовой руки».

– Жди нас. И будь очень осторожна.

– Хорошо, – ответила я.

Разговор с Кирьяновым меня не успокоил, скорее, наоборот, заставил разволноваться. Перспектива застрять на крохотном острове с убийцей не радовала. Без полиции. Без охраны. Без пистолета. Успокаивало одно – преступник вряд ли вооружен огнестрельным оружием. В обоих случаях способ умерщвления разный, но, так или иначе, это не ствол. Хотя, от ножа тоже нелегко уворачиваться. Как ни крути, мы влипли.

– Что сказал твой Кирьянов? – спросил Гарик, когда я вернулась.

К этому моменту банкетный зал уже опустел. Обслуживающий персонал разошелся по свободным номерам.

– Ничего утешительного. Полицейские еще не отплыли. Говорят – нет свободного транспорта. Ждите и не умирайте, пожалуйста.

– Обалдеть! Нас тут сейчас на ремни порежут, а они даже не в пути. Напомни мне никогда не ездить по красивым островам. У меня теперь фобия на всю оставшуюся жизнь.

– В следующий раз, когда тебя потянет на Сейшелы, я тебе напомню! – сказала я, усаживаясь на тонконогий барный стул у стойки.

Гарик положил передо мной ручку и лист бумаги, которые раздобыл у администратора, и я начала заполнять его пометками, стараясь ничего не забыть. Правда, забыть что-то было сложно – деталей, которые могли бы привести к поимке убийцы, почти не было.

Гарик зашел в бар и начал перебирать бутылки.

– Принцесса, вам налить?

– С ума сошел? Поставь на место, – велела я, – это воровство или мародерство.

– У меня полное право расслабиться, – заявил мой друг и плеснул себе что-то в большой высокий стакан, – я потом еще владельцу иск предъявлю за отсутствие охраны и причиненный моральный ущерб.

– Расслабишься и потеряешь бдительность. Тут-то тебя и прирежут, – пообещала я и вернулась к своим записям: – Итак. У нас два убийства, совершенные, очевидно, с минимальной разницей во времени. Убийца задушил невесту и зарезал жениха. Пока могу утверждать, что никто этих убийств не видел. Свидетелей не было.

– Почему ты так решила? – поинтересовался Гарик. Он сел на соседний барный стул и заглянул в мой лист.

– Элементарно, умник. Если бы кто-то увидел, то поднял бы крик. Совершенно очевидно, что гости не видели убийств.

– Может, видели, но боятся сказать?

– Тогда это соучастники.