Делизии.

   Калид посмотрел на светлоглазого. Тот с такой силой сжал зубы, что даже

сквозь щетину было видно, как побелел его подбородок. После  долгой  паузы

солдат кивнул.

   - Мы стоим, - начал  Калид,  полуискренне-полунасмешливо,  -  на  одном

клинке, связанные...

   - Замолчи! - Белазир плюнула. - Неужели у тебя нет  хоть  капли  стыда,

делизиец? То, что мы согласились на все это, не дает тебе  права  поганить

своими устами слова, которые тебе не дано понять. А теперь  оставь  нас  с

нашим покойным.

   В глазах Калида вспыхнул гнев; Дахар заметил, как он напрягся. Впрочем,

они все были напряжены. Но Калид сдержался. Он дал знак  солдатам,  и  они

втроем, с оружием наизготовку, двинулись через поляну к лесу. Светлоглазый

замешкался, но, двинувшись первым, Калид не оставил ему выбора. Солдат  не

мог один противостоять четырем, но прежде, чем последовать за  остальными,

произнес, не скрывая своей ярости и обращаясь прямо к Дахару:

   - Мое имя Келовар. Запомни его, джелиец.

   Дахар опустился на колени  рядом  с  Джаллалудином.  Рукоятка  кинжала,

выполненного   с   чисто   делизийским    пристрастием    к    чрезмерному

украшательству, была покрыта каплями дождя. Капли собирались в  струйки  и

скапливались в витых узорах. На ощупь рукоять  была  скользкой.  Невидящие

глаза Джаллалудина, смотрели  на  Дахара.  Он  выдернул  клинок,  и  кровь

брызнула из раны ему на руку. Он стоял, глядя на свою рубашку, на  которой

тоже была кровь.

   Белазир шагнула к жрецу и сорвала с его плеча двойную  спираль.  Подняв

левую руку - ту, в которой командующая никогда не держала  оружия,  -  она

трижды ударила лейтенанта по лицу. С этого момента Дахар перестал быть  ее

братом-легионером.

   Лица Исхака и Талот  изумленно  вытянулись.  Они  не  знали  о  приказе

Белазир, не поняли, что лейтенант ослушался командующую в своих интересах,

ради Эр-Фроу. Глаза Талот широко распахнулись, а у Исхака, после того, как

прошло  первое  изумление,  -  прищурились.  Он  пытался   разобраться   в

происходящем.

   Белазир стояла с  двойной  спиралью  в  руке.  Ее  неподвижность  могла

означать неуверенность... Превозмогая себя, Дахар заговорил:

   - Командующая. Мы только что  заключили  соглашение.  Разжаловать  меня

сейчас, когда в легионах уже зреет недовольство...

   - Молчи, - спокойно оборвала его Белазир.

   Лицо ее стало пепельным, черные глаза как-то странно остекленели. Дахар

понял, что недооценил ее стремление добиться нового оружия для Джелы; ради

него она была готова пойти до конца. Он сам, "Кридоги", Эр-Фроу подвели ее

к черте, за которой рушатся идеалы. Она  верила  в  них  всю  свою  жизнь,

считала  невозможной  измену.  Здесь  она   узнала,   что   клинок   чести

обоюдоострый; события обернулись против нее. Если соглашение,  на  которое

она пошла, - просто сделка, если первый лейтенант, которому она  доверяла,

недостоин доверия...

   - Можно ли увидеть заход Маяка? - тихо произнесла Белазир  изменившимся

голосом.