Гарри Стэгг пришел в ней в галерею «Эйфория» в половине седьмого. Аркадия предложила провести вечер в кафе «Ласт эксит», заодно и пообедать. Она стремилась как можно дальше отодвинуть момент, когда ей придется привести телохранителя в свою бело-серебристую квартиру. В отличие от Зои у Аркадии была в квартире свободная спальня, но ей все равно было трудно представить, чтобы в ней обосновался какой бы то ни было мужчина, в частности этот.

– Я люблю джаз. – Аркадия провела пальцем по краю бокала с мартини. – Более того, он мне необходим. Он на время словно переносит меня в другое место.

Гарри отпил из стакана – себе он заказал минеральную воду.

– Кажется, я понимаю, что вы имеете ввиду.

Джазовое трио на сцене заиграло мелодию Телониуса Монка «Бриллиантовые углы». Эта вещь считается очень трудной для исполнения, но Аркадия уже слышала, как ее играют местные музыканты, и знала, что произведение им по силам. Пианист начинал партию, затем плавно вступали басы и ударные. Когда над залом поплыла поразительно чистая, завораживающая мелодия, Гарри Стэгг в первые мгновения был ошарашен. Потом его лицо застыло в немом восхищении, он очень медленно поставил стакан на стол и стал внимательно слушать.

Аркадия полностью отдалась во власть неземных звуков, и музыка перенесла ее в иное измерение. Когда же музыка стихла, и она, и Гарри некоторое время сидели не шелохнувшись, затем он медленно повернулся к ней.

– Давно я не слышал ничего подобного, пожалуй, с тех пор, как последний раз бывал в Новом Орлеане. – Благоговейные нотки немного смягчали его резкий голос.

– В первый раз меня это тоже поразило. – Аркадия слегка улыбнулась. – Но кажется, я не ответила на ваш вопрос. Да, я часто здесь бываю.

– Теперь я понимаю почему.

Аркадия подцепила палочкой оливку, лежавшую на дне бокала, поднесла ко рту и зажала между губами. Она решила, что ей следует воспользоваться представившейся возможностью разузнать побольше.

– Давно вы знакомы с Итаном Труэксом?

– Мы познакомились несколько лет назад.

– На профессиональной почве?

Гарри некоторое время подумал, потом кивнул:

– Можно и так сказать. Я работал на нескольких влиятельных господ, которые поручили мне его запугать, чтобы он отказался от одного расследования.

– Догадываюсь, что из этого ничего не вышло.

– Точно. Если Труэкс наметил себе какую-то цель, его уже ничто не собьет с пути. А тогда он расследовал убийство брата. Чтобы его остановить, мне бы пришлось его убить.

– Зоя мне рассказала, что случилось с его братом. Я поняла, что виновный в его смерти был освобожден в зале суда, но позже погиб в результате несчастного случая.

– Да, такое случается, – заметил Гарри.

– Вы говорите, что для того, чтобы остановить Итана, вам пришлось бы его убить. Нетрудно понять, что вы этого не сделали. Почему? У вас что, такой принцип – не убивать людей?

– Скажем так, я не занимаюсь этим за деньги.

– Ясно. Маленькое, но существенное уточнение.

– Так уж вышло, что мне не пришлось объяснять это моим нанимателям. Они и сами не очень-то хотели решать проблему столь радикальным способом. Им хватило ума понять, что выстрел в Труэкса рикошетом ударит по ним самим.

– Они были правы?

– Вероятно. Им было бы очень трудно избавиться от Итана Труэкса. Понимаете, к тому времени Труэкс наделал уже довольно много шума, он собрал целую гору доказательств фактов отмывания денег, и некоторые ниточки могли привести к моим нанимателям. Кроме того, когда я приходил к нему в офис с предложениями, он записал наш разговор на пленку.