Однако ОНИ все же появились. Вышли, держась за руки. Но увидеть себя позволили только Лизе. Стояли по пояс в воде и любовались старшей дочерью, жующей помидор и рассказывающей Саше, как в деревне выращивают картошку. Лиза открыла рот, хотя сама не знала, что сказать, но Влад приложил палец к губам и прошептал три слова тихо-тихо, но Лиза прекрасно их расслышала:

— В следующем году.

Правильное решение. Для всех.

— Ну что, едем? — Аксинья вытерла руки салфеткой.

— Собирайте рюкзаки, — велела Лиза, вставая.

Посмотрела на Валентину. Красивую, гордую, довольную. Она стояла рядом с мужем и казалась не просто счастливой. Хозяйка озера вернула то, что принадлежало ей по праву. Она никогда не переставала считать Влада своим мужчиной и не желала видеть рядом с ним другую женщину. Валентина не искала ему новую спутницу жизни. Она искала новую маму для Аксиньи. Или старшую сестру…

Искала и, наконец, нашла…

Эпилог

— Веди себя прилично. Ни с кем не спорь. Особенно с учительницей. И…

— А Саше наставления будут? А то все мне, да мне.

Лиза посмотрела на Аксинью строго. Саше нет смысла давать наставления. В детском саду воспитательницы ее только и делали, что хвалили. Значит, и в школе ребенок не пропадет. А вот старшая "сестра" только выглядит современной девицей. Но как была дикаркой, так пока и осталась. Не ровен час, устроит балаган.

Лиза ужасно боялась этого дня. Первого сентябрьского дня. И вот он настал.

Да, она сделала все возможное, чтобы подготовить обеих девочек к школе, но от всего на свете не застрахуешься. Особенно в случае Аксиньи. Хорошо хоть директриса — старая подруга Лизиной мамы. Как только дети узнают, что странная новенькая не из простых смертных, а попала сюда по "большому блату", не рискнут цепляться. Даже когда выяснят, что жила она раньше в деревне и находилась на домашнем обучении. Признаться, Лиза хотела оставить Аксинью дома еще на полгодика, но та взбунтовалась. Если уж жить нормальной подростковой жизнью, так начало учебного года — самое время, чтобы делать первые шаги. Да и насиделась она взаперти. Не одно десятилетие!

— Вот и 1А, — обрадовалась Лиза, заметив табличку в руках учительницы.

Торжественная линейка вот-вот начнется, а им еще одноклассников Аксиньи искать.

— Доброе утро, — поздоровалась Лиза с учительницей и представила Сашу. — Александра Тимофеева.

Она решила дать дочке свою девичью фамилию, которую вернула после развода. Не стоит ей носить Вовину. К тому же, официально Лиза удочерила Сашу, а не дала жизнь сама. Не объяснишь же окружающим, что это ее воскресшая дочка. Дочка, что живет, хотя никогда и не рождалась.

— Доброе, — отозвалась учительница и велела Саше встать рядом с другой девочкой, взять ее за руку. — В здание зайдете вместе и сядете за одну парту.

Лиза пожелала дочке удачного первого дня в школе, напомнила, что заберет ее через два часа, и собралась, было, проводить Аксинью, но та вдруг дернула ее за рукав.

— Ты только посмотри, — шепнула на ухо заговорщицки.

Лиза проследила за ее взглядом и едва сдержала судорожный вдох.

Метрах в тридцати от них с нарядной пожилой дамой разговаривал… Андрей.

— Это наша завуч — Елена Викторовна, — пояснила Сашина учительница. — И физрук Андрей Юрьевич. Он у нас с прошлой зимы работает.

Андрей почувствовал Лизин взгляд и… волевое лицо озарила улыбка. А потом он заметил Аксинью и смущенно отвернулся.