— Хорош в постели.

— С чужими женами?

Я прикусила язык, испугавшись, что ляпнула лишнего, но Габриэл только рассмеялся.

— Следи за омлетом, Теана.

Я разложила омлет в две миски. Для Габриэла целую гору и пару ложек для себя. Придирчиво осмотрела светло-желтые горячие комочки, но не нашла ни единой корочки. Омлет получился рассыпчатым, нежным, без капли масла, с крошечными кусочками тертого сыра.

— Великолепно!

Он или придуривался, или и вправду это было его любимое блюдо, потому что Габриэл даже жевал с закрытыми от удовольствия глазами. Что ж, запасной повар в этом поместье тоже оказался падок на комплименты.

— Так что мы будем сегодня делать?

— Пойдем в лес и будем практиковаться в твоей магии. Надо выяснить, какие у тебя есть способности.

— Они бывают разные?

Габриэл кивнул.

— Есть некий общий дар, который наделяет твои зелья и заклинания силой. Но есть и более узкие таланты. Ты переместилась в пространстве, когда испугалась. Я думаю, что точно так же ты спаслась от ведьмы — переместилась в безопасное место, свою каморку.

— Но почему она не нашла меня снова?

— Вот поэтому я и хочу выяснить, какой у тебя дар.

— Думаешь, я могла ей навредить? — Омлет комом встал в горле. — И обладаю какой-то опасной силой?

— Теана. — со вздохом сказал Габриэл, — вот этой крошечной серебряной вилкой ты можешь как отправить кусочек омлета в свой очаровательный ротик, так и воткнуть ее мне в глаз. Но, хочется верить, тебе больше нравится омлет. Понимаешь, о чем я?

— Да. Что магия — инструмент, которым можно пользоваться по-разному.

— Вот видишь, ты умная девочка. Сложно винить тебя за опасный дар, если ты использовала его для защиты. Не бойся, мы с ним разберемся.

— Хорошо.

Некоторое время мы молча ели. Казалось преступлением отрывать Габриэла от омлета. Он словно неделю голодал! Доел все, что оставалось в сковородке, выпил сразу три чашки крепкого кофе и выглядел абсолютно довольным жизнью.

— Раз уж мы… м-м-м… достигли определенного компромисса, могу я задавать вопросы без твоей игры?

— А мне нравилось играть.

Похоже, утолив голод, Габриэл Гримвелл обратил внимание на другие инстинкты.

— О чем ты хочешь спросить?

— О Харальде Лотнере. Он расследует пропажу девушек, я знаю, уверен, что ты их убил или что-то такое, но… он сказал, что по твоей вине погибла его жена и пропала дочь. Почему он так думает?

Атмосфера уютного романтичного утра пропала. И, словно по заказу, солнце зашло за тучи — в кухне стало темно. Я поежилась, показалось, будто в дом ворвался холодный ветер.

— Вероятно, потому что это отчасти правда.

Габриэл замолчал, а я ждала, уже догадываясь, что его правда разительно отличается от той, что могу выдумать я.

— Харальд Лотнер — маг. Был им… я пытался ему помочь. Пятнадцать лет назад он отчасти напоминал тебя. Идейный, ненавидящий магию. И она дремала внутри него, грозясь убить. Я пытался наладить с ним общение, но Харальд подозревал мою семью еще когда был курсантом. И отказался даже говорить со мной. Тогда я пошел к его жене.

Габриэл вздохнул.

— Колдуну очень опасно быть рядом с чармердской стражей. Мало кто знает, что корона иногда использует магов, чтобы выслеживать нас. И Харальд мог лишиться всего. Его жена оказалась умнее, она любила мужа. И я был уверен, что она его убедит. Мы условились на один вечер, к этому моменту она обещала поговорить с Харальдом.

— Но ничего не вышло?

— Да.