— Наклс, дай мне «перо».

Наклс передал Рокко нож — не фирменный немецкий «Hоffriеd» — брэндовый «клинок ангела», который разлучил Леонарда с яичком, а «Gеrbеr Mk III» (кстати, хорошая заточка).

— У меня «стояк» как блядская скала, — объявил Рокко и вытащил клинок из ножен. — Надо кишкоёбнуть этой сучке, прежде чем она подохнет.

Камера все жужжала и жужжала, а мысли Леонарда уплывали все дальше и дальше. Рокко засадил лезвие в нижнюю часть живота, затем быстро взгромоздился наверх и вставил свой член в рану. Он все трахал и трахал, без малейших проволочек…

— Аааа, да! Чувак, я кончаю этой сучке прямо в горячее брюхо! Бля, да! Охуенчик!

Была ли г-жа Вайнштейн еще жива в этот момент, едва ли имело значение. Продолжающиеся скудные подергивания ее тела могли быть непроизвольными мышечными спазмами предсмертного состояния. Рокко закончил накачивать спермой ее живот и затем выскользнул.

— Продолжай снимать, парень, мы еще не закончили.

Не закончили? — пришла ошеломленная мысль. Что еще вы можете с ней сделать?

Вскоре Леонард это выяснил: Рокко обезглавил женщину двенадцатидюймовой пилой. Зубы Леонарда скрипели от устойчивого чавкающего шума разрывающихся хрящей. Затем Наклс прижег контуры остальных отрезанных частей ее тела.

Не существовало зловония хуже теперешнего. Сгоревшие волосы, сожженная плоть, дерьмо, моча и смертельный пот. Леонард мог дышать только через вздрагивающие приступы икоты, пытаясь изо всех сил держать камеру под нужным углом.

— Последний кадр, парень, — проинструктировал Рокко. — Сделай хороший крупный план.

Рокко отсоединил ремешок и вытащил шарик изо рта, затем, сняв штаны до середины бедра, сел на металлический стул. Сначала казалось, что он просто поставил скальпированную голову на колени, но через мгновение ключевая деталь стала очевидной. Рокко вставил свой член во вход пищевода, где ее шея была разорвана, а затем…

— Аххх, — проговорил Рокко. — Как тебе такое, Ваша Честь?

…он снова начал мочился, только теперь моча хлестала из уст мертвой девушки. Леонард выкрутил зум для близкой съёмки, а затем отступил назад для финального изображения: Ричард Никсон ссыт изо рта отрубленной головы.

— Хорошо, можешь монтировать, парень. Хорошая работа. — Когда Леонард выключил камеру, Рокко отшвырнул голову, натянул штаны и стащил маску Никсона. — Мы вернемся завтра, — сказал он, разгоняя рукой зловоние. — Окончательная версия должна быть готова к тиражированию. Мы хотим, как можно скорее, отправить это судье.

— Э-э, хорошо, — подтвердил Леонард.

Рокко и Наклс ушли, по крайней мере, оставив Леонарда с гордостью осознавать, что он только что сделал свой первый официальный снафф-фильм.

Позже, когда фильм был в редакторе, он закопал тело и голову на заднем дворе. Там же он закопал загаженную пленку.

Комната, тем не менее, будет продолжать вонять еще в течение нескольких недель.