А через пять минут наша следственная бригада уже заседала в полном составе, так как подъехал Яцек. Вот интересно, спит ли он вообще когда-нибудь?

— Ну и что нового? — без промедления спросил он майора.

Тот ответил одним словом:

— Бертель.

Кажется, я поняла, что они хотели сказать, но на всякий случай пожелала убедиться в этом.

— Значит, Яцек поехал в Варшаву, а вы, пан майор, лично принялись обрабатывать Неглойду, — сказала я таким тоном, который исключал всякую возможность меня перебить. — Вы показали Неглойде подозреваемого, того самого, который настаивал на пунктуальности. И рыбак его опознал. А ночевал он где?

— Да здесь и ночевал, — кивнул на пол майор, — я ему матрас одолжил.

Я продолжала, ясно давая понять, что меня никто не заставит замолчать.

— Вы наверняка показали рыбаку и Дембика. А напрасно, вторым туристом Дембик не мог быть, ведь именно он шел тогда по пляжу, и Неглойда мог бы его заметить, что было для преступников крайне нежелательно. А тот, завитой?

— А тот сразу же смылся. Его нанимали на одноразовое выступление, после чего тот должен был исчезнуть. Я его не разыскивал, а даже если бы и нашел, нам от него мало пользы. Заключение пари не является уголовно наказуемым преступлением.

— Из чего следует, что всю кашу заварил пан Бертель. Неплохой организатор, вы не находите? Вот интересно, кто ему велел убрать Шмагера?

— Тот же, кто поручил Шмагеру убрать Роевского.

Все ещё стоявший у двери Яцек пошевелился и подошел к столу.

— Вот, кстати, и скромное доказательство, — сказал он и выложил на стол не очень толстую пачку зеленых банкнотов, красиво упакованных в прозрачный целлофан. — Пан прокурор получил их от пана председателя. Как всегда, при посредничестве Вежховицкого. Думаю, тут тоже можно обнаружить в изобилии пальчики всех троих.

— Откуда это у вас? — чуть ли не с ужасом спросил майор.

— А я у него из сейфа выкрал. Одно название, что сейф, просто ящик.

— И вы украли?!

— Не совсем, заменил другими.

Осторожно поставив электрический чайник, из которого наливал кипяток в термос с кофе, майор подошел к стулу и просто свалился на него, словно его не держали ноги.

— Да как же так?!

Яцек поспешил успокоить блюстителя правопорядка:

— Если потребуется, я опять заменю на прежние. Мне просто подумалось, что вам тоже не мешает убедиться...

Майор молча смотрел на зеленые купюры. Он открыл было рот, словно собирался что-то сказать, но опять закрыл, так и не произнеся ни слова. Сержант вопросительно смотрел на старшего по званию.

Поскольку все молчали, я сочла себя вправе задать вопрос.

— А от какого пана председателя?

— Председателя правления банка. Того самого, что дал задание Шмагеру. Фактического убийцы моего отца. Хотя действовал он не один, найдется парочка сообщников.

— Как же ты это сделал?

Яцек искоса посмотрел на меня, видимо, недовольный бестактным расспросом.

— А вам непременно хочется это знать?

— Всем хочется, да они не решаются расспросить, вот и пришлось это сделать мне.

— Ну да ладно, чего уж там... Пришлось познакомиться с уважаемой супругой пана прокурора. Глупа как пробка, но обладает одним несомненным достоинством: обожает часами сидеть в ванне, независимо от времени суток. По специальности она тоже прокурор, только в воеводской прокуратуре.

Не было времени выработать свое личное отношение к поступку Яцека. Говорят, бывают случаи, когда цель оправдывает средства...

Зато майор успел прийти в себя, пока я расспрашивала героя дня.

— А упаковка тоже их или ваша? — сухо поинтересовался он.