Сунь помрачнел, заметив, как «я» внезапно превратилось в «мы».

– Мы решили сосредоточить свои усилия на разработке образцов оружия, поражающего по принципу облучения – пучком заряженных частиц. Мы использовали ту информацию, которую предоставляли перебежчики и другие осведомители. О них я уже упоминал. Мы добились значительного продвижения. Фактически мы создали технологию, эквивалентную той, которой располагают две сверхдержавы, Россия и Америка, но никто из них и не подозревал о наших возможностях в этой области.

Сунь, хорошо знакомый со всеми этими фактами, начал терять терпение.

– Мы перейдем наконец к сути дела? – резко спросил он.

– Суть дела очень проста, инспектор: у нас есть достаточные возможности для того, чтобы разобраться в том, что произошло сегодня.

– Дальше.

– Сейчас наши средства вывода объектов на орбиту привлекают внимание многих стран, желающих осуществлять запуск спутников.

– Ракеты-носители «Великий поход»?

– Да, они вполне конкурентоспособны на международном рынке. Определенные клиенты достигли с нами соглашения о том, что оборудование на спутниках будет устанавливаться ими самими, без контроля над выводимыми на орбиту аппаратами с нашей стороны. Иногда… иногда мы подозревали, что на спутники устанавливается аппаратура для ведения разведки, хотя это и не было предусмотрено соответствующими соглашениями. Но, поскольку к нам спутники всегда поступали уже запечатанными, мы не могли знать это наверняка.

– И что?

– У нас есть обоснованная уверенность в том, что на спутник телекоммуникаций, разработанный и созданный в Соединенных Штатах Америки по запросу консорциума нескольких стран Юго-Восточной Азии, без нашего на то согласия, была установлена аппаратура слежения и разведки. Американцы могли испытывать особую заинтересованность в этом, поскольку данный спутник регулярно с определенными интервалами должен был пролетать над территорией Советского Союза.

– Из чего, в свою очередь, вытекает, что часть его орбиты пролегает над Китаем, насколько я понимаю?

– Да.

– Значит, Америка без хлопот пристроила свое оборудование на этот спутник в качестве третьей стороны для того, чтобы шпионить за Советским Союзом и за нами?

– Да.

– Без нашего согласия?

– Да. Политбюро проинформировали об этом в свое время. Очевидно, там решили, что коммерческие выгоды от продажи ракет-носителей перевешивают любые недостатки.

Сунь уставился на него.

– Конечно, они так решили. Политическое решение, которое, в свете вашего рассказа, может подвергнуться пересмотру? Ладно, что же случилось сегодня?

– Сегодня этот спутник был сбит.

– Кем?

– Мы считаем, что это сделал советский спутник-убийца, известный под названием «АСАТ».

– Почему вы обвиняете в этом Советский Союз?

– Потому что наша станция слежения в Лобноре зарегистрировала выброс энергии со стороны «АСАТа» точно в тот момент времени, когда спутник был уничтожен. Кроме того, это не лишено смысла, ибо русские тоже могли узнать, что на этом спутнике установлена аппаратура слежения, и пришли к выводу, что с этим надо что-то делать.

Сунь понял, что проблема представляет собой очень запутанный клубок. Ему все еще необходимо было задать множество вопросов, но прежде он отчаянно нуждался в том, чтобы посидеть и спокойно обдумать все происшедшее. Он посмотрел на собеседников.

– Полагается ли немедленно что-нибудь предпринять?

– Нет.