– Что за дерьмо! – воскликнула Кейт.

Аманда собрала бумаги, не отрывая глаз от двери, за которой скрылся ее клиент.

– И что же ты собираешься делать теперь? – спросила Кейт, открывая дверь в коридор.

– Я дам Дюпре время остыть, пока буду добиваться от судьи Робарда разрешения на встречу с подследственным с глазу на глаз. Затем я побеседую с ним в помещении для визитов и надеюсь, что там все пройдет несколько успешнее.

– Удачи тебе.

– А тем временем мы разработаем план действий на процессе и на этапе вынесения приговора.

Кейт нажала кнопку лифта.

– И зачем тратить время на поиски способа убедить присяжных не выносить Дюпре смертный приговор? Я прочла все отчеты полиции и не думаю, что вынесение приговора займет много времени.

– Вот яркий пример негативного мышления, – ответила Аманда с усталой улыбкой. – Мы в нашей фирме "Джеффи, Кац, Лихейн и Бриндизи" стараемся его избегать.

– Нет, я мыслю вполне позитивно. У меня даже есть несколько предложений относительно тактики защиты. Возможно, марсиане направили специальные мысленные токи сквозь бетонную стену и таким способом заставили мистера Дюпре разделаться с мистером Хейесом. Или парень одержим каким-нибудь демоном. Я смотрела что-то подобное по научно-фантастическому каналу.

Лифт доставил их в приемное отделение тюрьмы. Когда дверцы распахнулись, оказалось, что на площадке суетится группа репортеров.

– Ах черт! – процедила сквозь зубы Аманда. – Кто-то им донес.

Пока адвокат шла по коридору, репортеры засыпали ее вопросами. Она остановилась, дойдя до вестибюля. Яркий свет одной из телекамер на мгновение ослепил Аманду, и она зажмурилась.

– Вы защищаете Джона Дюпре? – спросил один из репортеров. – Вы с ним уже встречались с глазу на глаз?

Аманда подняла руку, и вопросы сразу же прекратились.

– Судья Робард обратился ко мне с просьбой защищать мистера Дюпре, и в данный момент я возвращаюсь со встречи с моим клиентом...

– Вам было страшно? – прокричал кто-то. – Дюпре уже признал, что убил сенатора Тревиса?

Аманда терпеливо дождалась, пока репортеры опять немного успокоятся.

– Тем из вас, кто со мной знаком, хорошо известно, что я твердо держусь того мнения, что единственным местом, где могут решаться столь серьезные вопросы, является зал суда, а не страницы газет и журналов. Поэтому я не стану обсуждать детали дела и уж ни в коем случае не буду делиться подробностями бесед с подследственным.

Несколько репортеров продолжили задавать вопросы, не обратив внимания на слова адвоката. Аманда терпеливо выжидала, пока крики прекратятся.

– Я не собираюсь давать никаких комментариев для прессы по этому делу, – повторила она. – Мне очень жаль, но таковы мои принципы. Пойдем, Кейт.

Аманда в сопровождении своей ассистентки вышла через центральный подъезд Дворца правосудия в тот самый момент, когда Тим Керриган взбегал по ступенькам лестницы, которая вела ко входу во Дворец. Керриган мгновение внимательно всматривался в ее лицо, как будто стараясь припомнить, кто она такая. А вспомнив, улыбнулся.

– Эй, Аманда, мы уже порядком не виделись.

– Два года, со времен дела Харрисона.

– В котором вы, если я правильно помню, одержали блистательную победу.

– Вы не знакомы? Мой следователь Кейт Росс. Ранее работала в полиции.

– Ну конечно. Я помню вас по делу Дэниела Эймса.

– Да, я работала с делом Эймса, – подтвердила Кейт.

Репортеры и операторы уже было начали расходиться, как вдруг заметили, что Керриган беседует с Амандой, и сразу же рванулись к ним, подобно стае голодных волков.