– Нам известно многое из перечисленного вами, мистер Бэрон.

– Но есть ли у вас надежные доказательства? Джон втайне от людей Арагона вел запись и видеосъемку их деятельности. В подобных ситуациях необходимо подстраховываться, как вы понимаете. Располагая уликами Джона, вы сможете без труда арестовать нескольких помощников Арагона. Джон говорит, что у него есть и другие сведения о таких людях, по сравнению с которыми Арагон покажется мелким пескариком.

– Ах вот даже как... И что же это за сведения?

– Он мне не сказал. Джон лишь попросил передать, что те сведения, которыми он располагает, – настоящий динамит.

Бэрон вытащил магнитофон из кармана пальто и положил его на сиденье.

– Позвольте, я продемонстрирую вам образец компромата, который у него есть на Арагона.

Бэрон нажал на кнопку воспроизведения записи. Где-то на середине пленки Оскар остановил магнитофон. Запись представляла собой вполне надежную улику, но была невыносимо скучной. Нудная болтовня наркодилеров о качестве товара и ценах. Беседовали, по-видимому, два каких-то человека на свалке старых автомобилей. Оскар, слушая запись, впал в некий транс и вышел из него, только когда Кастильо зажег передние фары.

– Зачем это? – спросил адвокат, когда дверца рядом с ним внезапно распахнулась. Чья-то рука схватила его за воротник, и громадный мужик начал вытаскивать его из машины. Оскар ухватился за приборный щиток. Его ударили по пальцам рукояткой пистолета, и адвокат истошно завопил. И прежде чем Бэрон понял, что бьет его сам Кастильо, он уже находился на земле. Оскар открыл было рот, чтобы выразить свое возмущение поведением сотрудников ФБР, и тут дуло другого пистолета оказалось у него во рту, выбив несколько зубов. Оскар вновь попытался закричать, но не смог из-за пистолета. Человек, вытащивший юриста из автомобиля, еще глубже засунул дуло ему в рот. Перед глазами Оскара вновь появился Кастильо.

– Если издадите еще хоть один звук, ствол воткнут еще глубже в глотку, и вы задохнетесь. Кивните, если поняли меня.

Оскар дернул головой. Металлическое дуло щекотало ему горло, и Бэрону приходилось сдерживать сильнейший рвотный рефлекс. Кастильо кивнул. Дуло выскользнуло изо рта Оскара, и он стал судорожно вдыхать воздух.

Кастильо присел рядом с Бэроном, схватил его за ухо и резко повернул. Лицо Бэрона исказила гримаса, но, будучи до смерти перепуганным, адвокат не издал ни звука.

– Вы сказали, эта пленка – только образец. У вас есть другие?

– А-а-а. Пожалуйста, прошу вас. Другие – в моем сейфе.

Кастильо отпустил ухо Оскара.

– Надеюсь, вы отдаете себе отчет в том, что полностью находитесь в нашей власти. На помощь никто не придет. Будете вы жить или умрете, зависит исключительно от вашей готовности сотрудничать. Думаю, вы меня поняли.

Оскар кивнул:

– Хорошо.

– Мы уже давно прослушиваем ваш домашний телефон. Кроме того, пока вы посещали вчера мистера Дюпре в тюрьме, мы установили подслушивающие устройства у вас дома и в офисе. Благодаря этому мы узнали, что вы звонили в ФБР. Поэтому не пытайтесь дурачить нас.

– Нет, нет...

– Мне нужен код вашего сейфа, а также ключи от дома и офиса. Мы доставим вас в надежное место. Если ваша информация будет правильной, мы освободим вас. Если вы солжете, будем вас пытать. Вы поняли?

Бэрон кивнул. Он все прекрасно понял. Он понял, в чьих руках оказался. И отсюда следовал единственный вывод – ему придется умереть. Его единственная надежда теперь заключалась в том, что если он не станет изворачиваться и будет честен со своими похитителями, то смерть окажется быстрой и не слишком мучительной.