Лицо Дэвона побагровело:

— Вы смеете намекать, что моя расписка негодна?!

Джеймс Ланкастер припечатал его взглядом, и они мне напомнили двух мастиффов, приготовившихся к бою.

— Не люблю я банкиров. Если ещё раз приедешь в Ланкастер в поисках ссоры — привози с собой сейф, он тебе понадобится, — сказал герцог, и засмеялся. Это был глубокий смех, какой начинается в животе, и проходит до самого верха. Не уверен, как ему это удалось, учитывая то, какой накалённой была обстановка — но это сработало.

Вскоре все в комнате смеялись вместе с ним. Однако Дэвон не смеялся — по крайней мере сперва. Его основательно посрамили. Но он был достаточно умён, чтобы увидеть предложенный ему выход. Наконец он присоединился, и то был горький смех — его не было достаточно, чтобы прикрыть его уязвлённую гордость. После этого Дэвон быстро удалился, а я задумался, кому из-за его гнева достанется в этот раз.

Я обнаружил себя осаждённым людьми, которые хотели похлопать меня по спине, и через полчаса мне стало казаться, что меня скоро захлопают до смерти. Судя по всему, Дэвон был непопулярен. Наконец отец Марка спас меня:

— Оставьте парня в покое! Хватит с него на сегодня, — сказал он. Герцог расчистил для нас путь через толпу, и вывел меня в коридор. — Увидимся в моих покоях через час, Мордэкай. Постарайся на этот раз не опоздать, — пошутил он.

Я поморщился при напоминании о моей прошлой оплошности:

— Да, ваша светлость.

Он пошёл прочь по коридору, а я решил, что мне лучше пойти к себе в комнату, и собраться с мыслями. После отъезда этим утром на меня сваливались неожиданность за неожиданностью. Уходя, я всё ещё слышал их смех и ликование в гостиной:

— А лицо Дэвона ты видел!

— Двести золотых марок!

По пути обратно я набрёл на Тимоти.

— Добрый вечер, сэр! — сказал он мне со своей обычной энергичностью. — Я слышал, вы задали Лорду Дэвону знатную трёпку! — улыбнулся мальчик. Слухи разошлись быстро — несомненно, пока мы играли, снаружи гостиной ждала целая толпа слуг.

— Не настолько знатную, насколько он заслуживает, — ответил я, — но это давай оставим между нами, — по-заговорщицки подмигнул я ему.

— Не волнуйтесь, сэр, старина Тим никогда не сдаст своих друзей! — ткнул он себе в грудь большим пальцем.

— Для меня было бы честью входить в число ваших друзей, Мастер Тимоти, — с шутливым преувеличением произнёс я. Думаю, ему это было приятно, хотя он и знал, что я его поддразнивал. Для своего столь юного возраста парень был удивительно смышлёным. — Ты не мог бы оказать мне услугу, Тимоти?

— Конечно, сэр! — ответил он.

— Смотри в оба, и если ты или кто-то из твоих знакомых увидите, что Дэвон Трэмонт делает что-то странное или подозрительное — сходите за мной. Можешь это сделать? — спросил я. Может, у меня и было мало друзей среди дворянства, но, пожалуй, я мог бы обернуть прислугу в свою пользу.

— С радостью, сэр. Приятно наконец увидеть, как один из них получил заслуженное. При всём уважении к нашему доброму Герцогу, конечно! — сказал он.

— Если встретишь Пенни — дай ей знать, что мне нужно её видеть, мне за последние два дня чертовски трудно было её найти, — добавил я. Он заверил меня, что так и сделает, а потом мы дошли до моей двери. Я попрощался, и зашёл внутрь. Прохладная, тёмная комната стала желанным облегчением. Наверное, я стал привыкать к удобствам уединения и пуховой перины.

Эта мысль заставила меня задуматься — в отданных мне покоях легко уместился бы весь дом моих родителей.