Глава 24

В Шэлтэ мы въехали на удивление спокойно, хотя и пришлось подождать своей очереди на воротах среди других желающих, а так же позолотить руки стражникам помимо обычного налога. Рассказы Эсуфа о коррупции в королевстве получили подтверждение, но хоть местные менты-таможенники не драли три шкуры с купцов. Вероятно понимали, что если слишком перегибать палку, то торговля начнёт киснуть и денег станет меньше. А город всё таки был торговый, с чего и жил. Причём довольно неплохо.

Шэлтэ был удачно расположен на стыке земель, которые занимали северные мелкие дворяне и подпирающий их с юга удельный князь. Конечно торговый маршрут здесь проходил не самый богатый и не самый популярный в Тибцэне, но свой барыш приносил. Управлял городом королевский наместник, но из столицы его делами, насколько я понимал, не слишком интересовались. Пока налоги поступали исправно у важных господ хватало дел поинтереснее. Главное развлечение правящих элит здесь не административная работа и даже не хмельные пиры с «гейшами», а интриги с заговорами, насколько я успел уяснить.

Сам населённый пункт был не сказать чтобы маленьким. По местным меркам разумеется, а не по земным, там был он тянул бы разве что на гордое звание мухосранска. Но однако здесь жило прилично народа, как торгового, так и ремесленного. С юга сюда стекалось зерно, что было дешевле северного и ткани, из наших же родных пенат поступали меха и шкуры, а так же железо да медь с оловом из нескольких небольших шахт и древесный уголь. Если пшеницу, рожь и прочее вместе с тряпками в основном просто перепродавали, то кожи, меха и металлы попадали в оборот местной обрабатывающей промышленности. Одежду в этом историческом периоде конечно предпочитали шить на заказ или вовсе своими руками, а не изготавливать потоковым методом под сетку размеров. Часть дорогих тканей и мехов покупалась состоятельными мужьями для своих жён, но хватало и тех, кто обращался к шэлтэским портным. Они вроде как даже имели некий свой особый стиль, в котом сочетались южные фасоны кимоношек и оторочки из мехов, что ценилось как южнее, так и севернее. Какая-никакая, а диковинка. К кузнецам же попадали металлы и уголь, которые превращались в готовые изделия в кузнечной слободе, расположенной у реки за стеной. Средневековье цвело и пахло, город был в основном деревянным, а пылающие горны были промышленными объектами повышенной опасности, да и дымили нещадно. Рядом с кузнецами находились кожевники, их слобода пожарами не грозила, но пахла так, что захватывало дух даже обычным людям. Я же со своим чувствительным обонянием и вовсе нещадно страдал.

Архитектура города имела странные мотивы, одновременно отдавая и какой-то азиатчиной, и древнерусским стилем. Север был покрыт лесами, было бы странно, если бы дерево не использовалось в строительстве повсеместно, наверно из-за этого и был такой вот странный акцент. Если бы не запахи и слишком большое обилие людей, мне бы здесь наверно даже могло понравиться.

Миновав ворота, наш караван отправился на один из постоялых дворов, которые в основном гнездились у городских стен, сложенных из камня, но не отличающихся большой высотой. Два с половиной человеческих роста — это на мой взгляд немного, особенно если учесть, что в этом мире полно магов, следующих пути тела, которые на такую высоту могут просто взять и запрыгнуть.