Ульпак не знал, какая сила вдруг подхватила его и толкнула вверх и почему тело, которое должно было разбиться о воду, осталось цело. В какой-то непередаваемо долгий миг, когда душа воина скользила между мирами, кто-то плотно закрыл для него ворота Дома Теней, и Божественному Солнцеподобному Ульпаку, сыну Капака, новому царю ягуаров, пришлось возвращаться обратно.

Сознание вспыхнуло, как россыпь золотых искр, когда хозяйка пошевеливает палкой в углях, чтоб вновь раздуть почти угасшее пламя.

Ульпак увидел себя со стороны: огромная, неизвестно откуда взявшаяся волна несла его из глубины сенота наверх. «Так становятся богом», — сказал у него в ушах голос сестры. Ягуар видел и ее, словно для его нового зрения не существовало преград. Девушка сидела на корточках, держа руки ладонями вверх, и над ее пальцами висел в воздухе тяжелый хрустальный череп, внутри которого бесновалось звездное пламя. Ульпак вдруг осознал, как сейчас тяжело его сестре. Пот градом катился со лба Шкик, пальцы дрожали, руки вот-вот готовы были опуститься. Но покуда она каким-то непонятным для ягуара способом удерживала шар в воздухе, вода из сенота несла ее брата вверх.

Не выдержав, Шкик закричала от боли. Ульпак взвыл, поняв, что он сейчас упадет обратно. Волна со всего размаха швырнула ягуара о камни на краю расщелины, и… молодой царь вернулся в свое тело.

Его уже подхватили за плечи и тянули наверх. Ульпак рухнул на спину и несколько мгновений, ничего не понимая, смотрел в пурпурное небо над собой. Люди окружили лежащее на краю пропасти тело. Они с опаской глазели на того, кого вернули им сами боги, не приняв жертвы.

— Чего смотрите?! — в бешенстве заорал Топильцин. — Бросайте его обратно! Разве вы хотите прогневать подземных богов?

Пожилой тольтек, командовавший стражей Тулума, повернул к бывшему владыке сморщенное лицо, и в его раскосых глазах Топильцин прочитал свой приговор.

— Боги вернули царевича Ульпака Дому Ягуара, — хрипло сказал воин. — Значит, они благосклонны к нему. Видишь, царь, они взяли золотой шлем и браслеты, но не тронули человека!

Ульпак взглянул на свои руки и ноги. Действительно, тяжелые украшения свалились либо еще в воде, либо когда пенистая струя несла тело наверх. То, что голова свободна от шлема, ягуар тоже понял только сейчас.

— Боги дают Тулуму нового властелина, — шептали вокруг.

— Слезай, Топильцин. Не гневи хозяев Великой Дыры! — Командир стражников слегка постучал деревянной булавой по ладони. — Люди Дома Ягуара не хотят отвечать за то, что царь не понимает простого языка духов!

— Говорю вам, убейте Ульпака! — Хозяин Тулума в гневе повернулся к своим советникам, но и те поспешили отступить от него подальше. Вокруг бывшего владыки образовалась пустота: никто не желал соприкасаться с существом, грозившим навлечь на себя гнев богов и предков-прародителей.

— Не хотите? Так Топильцин сам растопчет Ульпака копытами этой лысой ламы-переростка!

Царь дернул узду, чтоб направить лошадь к тому месту, где лежал его проклятый племянник, в одночасье ставший кумиром черни! Стражники сомкнулись вокруг тела того, кого они уже признали новым владыкой, и выставили вперед круглые щиты, обтянутые серой кожей тапира.

— Глупцы! — закричал Топильцин, врезаясь в их ряды. — Народ Ягуара обещал Великой Дыре жертву, и если она не будет принесена, обитатели недр отвернутся от нас!

Бэс, кося красноватым дьявольским глазом, подступал все ближе к краю обрыва. Только в последний миг Ульпак понял, что происходит. Кто бы мог предположить, что лошадь окажется столь сообразительной? Командир стражников стукнул четырехногое чудовище булавой в грудь, конь заржал от боли, встал на дыбы, и Топильцин, сбитый толчком с его спины, полетел за край Наитеукана.