— Я знаю, ты вырастил его в священных лесах, — сказала я. — Твой отец нашел его и забрал у матери, а ты сделал из него друида. Это я могу понять. Но зачем ты скрыл от него правду? Почему ты дождался момента, когда эта правда едва не сломала его?

— Отец сделал все, что мог, чтобы найти Киарана и вернуть домой, — тихо произнес Конор. — Такие, как леди Оонаг, мало заботятся о младенцах. Думаю, она соиралась подождать, пока он подрастет, а потом обучить его колдовскому ремеслу. Она поселила мальчика с людьми, которых сочла совершенно безвредными для себя: с бездетной парой далеко на юге. Они были счастливы заботиться о мальчике в обмен на мешочек серебра. Жили они уединенно, в глухой, поросшей лесом долине. Колдунья считала, что будет безопасно оставить там сына на некоторое время. Но она недооценила упорства моего отца. Киаран был найден и привезен домой. Мальчик вырос в лесу, где царит суровая дисциплина и не остается ни минуты без каких-либо занятий. Рядом с ним был его отец, лорд Колум. Он провел в лесу долгие годы, учась и созерцая, и умер доброй смертью. Киаран был мне как сын, Лиадан. Прекрасный молодой человек, глубокий, мудрый, внимательный, он схватывал все на лету и обладал отменной способностью к самодисциплине. Он обладал всеми качествами, о каких можно только мечтать друиду. Я был твердо, абсолютно уверен, что смогу разрушить ее влияние и сделать из этого мальчика мужчину, готового идти путем света, преданного нашей цели, твердого в вере, непоколебимо стремящегося к знаниям. Мы никому не рассказывали о том, кто он. Кроме нас с отцом только мои братья и сестра знали о его существовании. Я решил ничего ему не открывать. Ни один мальчишка не заслуживает, чтобы его детство омрачала подобная жуткая правда. Он был просто одним из нас. Друидом во всех смыслах этого слова.

— И все же это было не так, — возразила я. Я видела тоску в глазах Конора, но голос его по-прежнему оставался спокоен и глубок. — Ведь сын ведьмы ни в коем случае не может стать друидом.

Конор побледнел.

— Я совершил ужасную ошибку. В мальчике текла кровь матери и однажды она дала о себе знать. Я думал, что смогу искоренить ее влияние. Я привел его в Семиводье. Он мечтал хоть одним глазком взглянуть на жизнь вне леса и доказал, что сможет принести огромную пользу на празднике в Имболк. Я считал, что это совершенно безопасно. Мне и в голову не приходило, что его может соблазнить… Я и не думал… Но именно я снова навлек на нас зло. Стоило ему увидеть Ниав, как рука Леди Оонаг снова начала дергать за ниточки наших жизней. Она снова, через сына, начала подчинять своей разрушительной воле нашу семью и всех, кто находится под нашей защитой. У меня не было выбора, Лиадан. В ту ночь мы с Лайамом и твоим отцом долго обсуждали случившееся. И я принял решение. Я заставил их молчать. Мы видели, как Сорчу в самое сердце ранило, что ее дети в свою очередь могут столкнуться с черным влиянием Колдуньи. Мы скрыли это от тебя. Мы думали, будет лучше, если и Ниав не узнает, какой ужасный грех она совершила. Мы рассудили, что без этого груза вины ей будет легче забыть обо всем и начать жизнь заново. Она удачно вышла замуж. Она уехала далеко и находилась в безопасности. И подумай о Шоне: никому не хотелось, чтобы он с мечом в руке помчался требовать удовлетворения от Киарана. Шон станет лордом Семиводья, уравновешенным и мудрым, как его дядя, как его отец. Для него же лучше ничего не знать.