Хорошо, что городские власти решили не застраивать эту часть улицы. Вон какой простор… Стояла уже середина осени, но днем еще было тепло, а голубое небо и яркие листья радовали глаз.

Вера Федоровна вздохнула и направилась на кухню. Пора готовить завтрак да еще собрать что-нибудь Коле с собой.

В полумраке коридора в углу поблескивал мотоциклетный шлем. «Надо будет его убрать в антресоль, — подумала Вера Федоровна, — до возвращения Коли он не понадобится».

Недавно Вера Федоровна и ее старший сын тайком от Коли собрали деньги и купили ему в подарок чехословацкую «Яву». Восторгу и бурной радости не было конца. Коля ухаживал за мотоциклом, словно за живым существом. Любимец Коли, пес Кузя, как-то зло облаял мотоцикл, явно ревнуя к нему своего хозяина.

Стараясь поменьше шуметь, Вера Федоровна включила плиту, поставила чайник.

— Доброе утро, мамуля! — Коля стоял в майке, спортивных брюках, тапочках на босую ногу. Глаза еще сонные, волосы взлохмачены.

— Ты что так рано, сынок? Поспал бы.

— Для солдата шесть часов — время подъема, товарищ старшина. — Приложил руку к голове и стал по стойке «смирно» Коля.

— А ты, солдат, к пустой голове руку-то не прикладывай. — Потрепала по щеке мать и с восхищением добавила: — Вон ты какой вымахал, даже до лица не дотянуться, надо на цыпочки вставать. — Вера Федоровна старалась говорить бодро, но голос предательски задрожал: — Как ты там будешь без нас?

— Ну что ты, мама! — Коля обнял ее за плечи. — Ведь мы уже договорились. Ты же у нас передовая современная женщина и вдруг — в панику! — Николай шутливо погрозил пальцем: — Ой-ой-ой, мамочка, не раскисать! Служба в армии любому парню на пользу.

Вера Федоровна улыбнулась и погладила сына по плечу.

— Хорошо, хорошо, сынок, не буду об этом… Правильно, служи… а мы будем терпеливо ждать.

Она хотела сказать, смотри, мол, там, не балуй, веди себя как следует, но сдержалась. Ласковый, послушный, всегда вежливый с людьми, он был из тех парней, которым не нужно было говорить такие слова.

— Сынок, ты вчера в училище был?

— Конечно, товарищ командир, — снова козырнул Коля.

— Ну и как?

— Попрощался с преподавателями, ребятами…

— Как Света? Ты так поздно пришел сегодня.

— Никак не мог распрощаться с ней, мамочка, — по-детски прямо ответил он. — Света обещала меня ждать. Я ей верю.

— Да-да, Света хорошая девушка.

Николай повернулся и направился в ванную.

Оставшееся время пролетело быстро. В половине восьмого втроем вышли из дома. Мать еле сдержала слезы, когда Коля на прощание обнимал пса, а тот, понимая, что предстоит разлука, повизгивая, лизал Коле руки, грустно смотрел на него.

Чемодан нес Сергей. Шли медленно и молчали. Коля, прощаясь с городом, смотрел по сторонам.

Вот и военкомат. У ворот стояли офицер и солдат.

Вера Федоровна спросила у офицера:.

— А нам с ним нельзя?

— Нет, — односложно ответил тот.

Как-то поспешно попрощались. Коля подхватил чемодан и направился к воротам, потом обернулся и, улыбаясь, сказал:

— Я еще постараюсь выйти к вам.