— Я говорю о нравственной, а не о юридической стороне дела.

— Что, по-твоему, такого безнравственного в ношении моего кольца? — В его голосе слышалось разочарование.

— Это было бы неуважением по отношению ко всем невестам, носившим его до меня.

Алекс прищурился, и на его губах заиграла слабая улыбка.

— Эмма, ты правда думаешь, что ты первая невеста, которая выходит замуж за члена семьи Гаррисон из-за денег?

Эмма выходила замуж не из-за денег. Она просто… Это было взаимовыгодное соглашение, и ее возмущало, что он заставлял ее думать иначе.

— Такое происходит с начала восемнадцатого века, — сказал Алекс. — Даже мой отец… — Он резко замолчал. — Дай мне руку. Эмма.

Она начала отступать, но он схватил ее за запястье и привлек к себе.

— Я не…

Он надел ей кольцо на кончик пальца, и она уставилась на загорелую руку Алекса и сверкающие камни.

— Поверь мне, — сказал Алекс, продвигая кольцо чуть дальше. — Ты продолжаешь достойную традицию.

Кольцо проскользнуло до основания пальца. Оно оказалось ей впору.

— Ну вот, — произнес Алекс, поглаживая поверхность бриллианта. — Теперь мы помолвлены по-настоящему.

В то время как Алекс унаследовал внешность и состояние Гамильтона, его кузен Натаниэль повторил его судьбу. Будучи вторым сыном нынешнего графа Кессекского, Натаниэль был вынужден сам пробиваться в жизни.

На небольшие деньги, доставшиеся ему от продажи родового имения, Натаниэль основал «Кессекс Круиз Лайнз», а затем «Кессекс Шиппинг». Через несколько лет его состояние достигло нескольких сот миллионов долларов. Сейчас он владел огромной транспортной компанией, влияние которой простиралось от Парижа до Окленда. А транспорт был ключевым фактором мировой торговли. В то время как Алекс управлял всего лишь крупной сетью отелей, Натаниэль имел влияние во всем мировом бизнес-сообществе.

Кузен предоставил Алексу объемное досье на «Дрим Лодж». Сегодня он должен был возвращаться в Лондон, но решил задержаться в Нью-Йорке еще на пару дней. Это насторожило Алекса. Натаниэль не остался бы, если бы его что-то не заинтересовало, а то, что обычно вызывало у кузена интерес, заставляло Алекса беспокоиться.

Два кузена и Райан, подождав, пока Симона выйдет, закрылись в кабинете Алекса.

— Что происходит? — без предисловий спросил Алекс у Натаниэля.

Тот наклонился вперед.

— Ты знаком с Дэвидом Крэнстоном?

Вот этого Алекс никак не ожидал услышать.

— Ты имеешь в виду приятеля Кэти Маккинли?

Натаниэль кивнул и побарабанил пальцами по столу.

— Он у меня на примете.

— Почему? — вставил Райан.

— Пока еще не знаю, — задумчиво ответил Натаниэль.

— Интуиция подсказывает? — спросил Алекс, уже зная ответ.

Об интуиции Натаниэля ходили легенды. Он заключал миллионные сделки, полагаясь лишь на свое внутреннее чутье. Раньше Алекс считал его везение сверхъестественным, но однажды кузен объяснил ему, что интуиция основывается на многолетнем опыте подсознательных наблюдений. Он и сам не знал, как это действовало. Просто действовало, и все.

Тогда Алекс все понял и перестал называть это везением.

— Да, интуиция, — согласился его кузен. — Ты знаешь, что на днях он начал работать в «Маккинли Иннз»?

— Крэнстон? — взволнованно спросил Алекс. — И чем он занимается?

— Особыми проектами в области внешних связей.