— Давай выкладывай! — с довольным видом Атис выключил телевизор.
— Поднимемся к тебе!
— Никак еще одна банда объявилась? — съехидничал Гундар.
— Мой друг, ты недалек от истины, — в тон ему ответил Ивар.
— Из-за этой дрянной стекляшки ты тащился в такую темень? — удивился Атис.
— Ничего себе стекляшка, стоимостью чуть ли не с «Волгу»!
Кому-кому, а ювелиру Голдбауму Атис верил.
— Позор, если мы, будущие следователи, не справимся с этим делом, — решил Атис. — А ну, пошли!
— Куда?
— К дому Пурвини, куда же еще! Притащим кровать к Униному деду.
Покинутые жильцами дома смотрели на мальчиков черными, выбитыми глазницами окон.
— Не напутал ли ты чего? — воскликнул Атис.
— Ты что, я сам вытаскивал этот хлам из комнаты и поставил сюда, вот на это самое место, возле сирени.
— Может, малыши затащили ее обратно?
В комнате Пурвини, которую ребятишки гордо называли своим клубом, кровати не было.
— Что у вас пропало? — потревожил мальчиков грубый голос, донесшийся из-за забора. Он несомненно принадлежал Униному деду — капитану Лее.
— Кровать, — ответил Ивар. — Мы собираем металлолом.
— По ночам? — удивился капитан Лея. — Вы несколько опоздали. Час назад здесь уже побывали два собирателя. Я за цветы свои побоялся, потому и вышел посмотреть.
— Черт! — воскликнул Ивар. — Я же говорил… Все ты со своим хоккеем…
— Как они выглядели? — спросил Атис.
— Во тьме разве разберешь! — пожал плечами капитан Лея. — Да я и внимания-то особого не обратил. Не ругайся они так громко, я бы и вовсе не заметил. Мне показалось, что они топчут мои цветы.
— Дедушка, а вы не помните, о чем они говорили? — продолжал выпытывать Атис. — Это чрезвычайно важно.
— Один все ворчал, что не пришли днем, — припомнил капитан Лея. — Второй огрызнулся, лягушата, мол, только недавно убрались.
— Лягушата — это наша малышня, — пояснил Ивар.
— Что-то они ломали, слышен был скрежет металла. Потом затихли, видно, ушли и кровать прихватили.
— А вы не заметили, в какую сторону они направились? — не унимался Атис.
Капитан Лея отрицательно покачал головой.
Дурманяще пахли маттиолы и душистый табак.
— Так приятно посидеть вечерком среди цветов, — задумчиво произнес бывший капитан.
— Полундр-р-а! — долетел из окна скрипучий голос, сильно смахивавший на голос капитана. — Чико хочет есть!
— Да замолчи ты, чертов попугай! — рассердился капитан Лея.
— Скажите, пожалуйста, когда приедут Уна и Магдалена? — спросил Атис.
— Обещали в четверг, когда у вас в штабе юных друзей милиции занятия по стрельбе. — Дедушка оказался хорошо осведомленным.
— Сегодня только воскресенье, — размышлял Атис. — Четыре дня терять ни в коем случае нельзя. Завтра с утра отправляемся в Меллужи.
— Я попрошу, чтобы отец разбудил меня в шесть и забегу за тобой, — пообещал Ивар. — А может быть, попробовать Динго?
— Как же мне самому не пришло в голову? — Атис хлопнул себя по лбу и побежал за собакой.
Ивар уселся на скамейку возле дома. |